Новости / Общество

«Услышали смех в камере — отключают отопление». Пенсионерка после суток о том, как государство относится к женщинам

20.03.2021, 16:18  / remove_red_eye 1617   / chat_bubble3

Из изолятора на Окрестина после отбытых 15 суток вышла Раиса Алецкая. Это одна из пенсионерок, которых в начале марта задержали в Минске на остановке городской электрички, так как в поезде пассажиры читали книги белорусских авторов.

«Услышали смех в камере — отключают отопление». Пенсионерка после суток о том, как государство относится к женщинам

Фото: svabod1.azureedge.net

Большинство из двух десятков задержанных женщин были оштрафованы, но некоторым суды дали 15-суточные аресты, как Раисе Алецкой. Ее задержали 2 марта, пишет Радыё Свабода.

По словам бывшей арестантки Окрестина, там мало что изменилось к лучшему по сравнению со временем, когда держали знаменитую баскетболистку Елену Левченко или королеву красоты Ольгу Хижинкову.

8 марта принципиально не отмечали

Раиса Алецкая говорит, что в тюрьме она пережила стресс от настоящего, как полагает, отношения государства к женщине.

— О каком уважении можно говорить, когда мы все должны были спать только на полу, так как матрасов не дают, а на голых железных решетках спать просто опасно, тем более женщине. Ведь батареи через ночь отключают. Считаю, охранникам и приказывать не нужно, делают это по своей инициативе. Услышали смех в камере «так вам весело?» — и отключают отопление. Вывели на проверку в коридор, девушка в сторону посмотрела, ей сразу идет команда: «…бло повернула». Такое обращение у них не исключение, а норма, — считает Раиса Алецкая.

По словам женщины, арестанток из ее камеры ни разу не сводили в душ и только раз вывели на прогулку в тесный бетонный дворик. Правда, это было 8 марта.

Средства гигиены, включая женские, попадали только через редкие передачи. Но некоторым передачи вообще не доходили, и тогда выручала женская солидарность, говорит Раиса Алецкая. По ее словам, от сотрудников изолятора женщины никаких средств гигиены не получали, хотя деньги, как убеждена она, на это выделяются.

О других ограничениях, как то, что на ночь не выключают электрический свет или что отбирают авторучки, Раиса Алецкая вспоминает как об обычных особенностях режима на Окрестина. Хотя последнее ограничение называет «особенно подлым».

— Авторучки забирают, карандашей не выдают, мы писем написать не можем, нам писем почему-то не дают, даже поздравительных открыток якобы нам не пишут. В итоге сидим в полной изоляции. Мы в камере этот день просто проигнорировали, никто не считал за праздник, — категорически отмечает Раиса Алецкая.

Камера №15 на третьем этаже, в которой она находилась, рассчитана на двух человек. Площадь камеры бывшая арестантка, профессиональный строитель, определила приблизительно в 10 квадратных метров. И отмечает, что в камере находилось одновременно от 4 до 7 арестанток. Как женщины располагались на ночь, когда, не имея матрасов, отказывались пользоваться кроватями?

— Три укладываются под кроватью поперек камеры, хорошо, что пол из досок, если подстелить какую-то одежду, то лежать можно. Головы под кроватью, а ноги под столом. Другие устраиваются кто возле умывальника, кто возле самого крыльца. Чтобы не тянуло сквозняком, затыкаем щель под дверью тряпками. И так до 6 утра. Охранники хорошо знают, в каких мы условиях лежим, через глазок им все видно, но, видимо, это их не беспокоит. Возможно, своих женщин они бы так не положили, а нас, значит, можно, мы же «протестующие», «борцы», — говорит Раиса.

«Мы вместе»

Фото: svabod1.azureedge.net

По словам собеседницы, она сидела только с политическими.

— Была девушка из Лошицы, которая на своем балконе вывесила бело-красно-белый флаг. Ее задержали возле подъезда дома, когда возвращалась с работы. Она все перенесла спокойно, говорила о нашей ситуации, что «мы в плену». Помню, как ее, совсем худенькую, привели в камеру: глаза вот такие от страха. Упоминала, как в Китае два года танцевала, вернулась, и вот — попала сюда. Вчера с воли мне звонила, говорит, после того лежания на полу у нее воспаление яичников.

Еще была Лиза, молодая художница, ее вместе с отцом арестовали. Очень хорошо для книжек рисует. Она была у нас немного времени, ее перевели потом в другую камеру, но она забыла у нас кофту и тапочки, так смогли ей передать, отнести к ней в камеру со словами «мы вместе», — говорит Раиса.

Особенно запомнилась история сокамерницы, которую задержали за «погоню».

— Сидела с нами женщина 52 лет. Та как попалась? Вышла в магазин, а у самой была наклейка с «погоней», и нацепила ту наклейку на водосточную трубу. Внезапно откуда-то выскакивают двое в штатском и ее забирают. Сначала обвиняют в вывешивании «незарегистрированной символики», мол, пикет устроила.

Но потом до них доходит, что «погоня» как герб зарегистрирована, что это историческая ценность. Тогда придумывают протокол о неподчинении и все равно отправляют на сутки. Но и на этом история не заканчивается: потом она получает бумагу, что нанесла трубе ущерб на 5 рублей. Еще будут с этой трубой в суде разбираться, — говорит Раиса Алецкая.

Концлагерь для «обязанных»

Женщина вспоминает рассказ еще одной сокамерницы. Та говорила про арестанток, которые сидят на Окрестина не за политику, а по причине асоциального образа жизни.

— К нам перевели политическую, которая ранее попала в камеру с так называемыми «обязанными». Кто это? Это женщины, которых лишили родительских прав, а теперь забирают у них деньги на содержание детей. Но большинство из них нигде не работают, бродят, выпивают, откуда у них взять деньги?

Вот и придумали для них такой концлагерь — держат на Окрестина и ежедневно вывозят на работы. Обычно, даже зимой, везут на мусорный полигон собирать пластиковые бутылки. Для них просто ужасная норма в 72 килограмма пластика в день, притом что бутылка весит пару десятков граммов. Значит, нужно собрать за день, копаясь в мусоре, сотни бутылок. В снег, в дождь, в любую погоду.

Сокамерница рассказывала, как эти женщины приезжают вечером с полигона: мокрые, голодные, потому что там их не кормят. Как должны есть холодную «пайку», которая осталась с обеда и ужина, и кушать от усталости даже не хотят, да и есть ту еду почти невозможно. А назавтра все снова — подъем и на полигон. Это как невольники на плантациях, в XXI веке, и никому до них нет дела! — возмущается Раиса.

Женщина вспоминает, как в камере об «обязанных» возникла дискуссия. При всей их милости, мало кто из сокамерниц хотел оказаться вместе в камере хотя бы с одной «обязанной». Понятно: вши, запахи, психологическая несовместимость…

— Но поговорили и сошлись на том, что мы тоже, не только государство, виноваты, что так складываются их судьбы. Ведь ничем таким людям не помогаем, — признала Раиса»

Раисе Алецкой 60 лет, она имеет среднее специальное образование, начинала работу в строительной организации простой рабочей, а окончила заместителем руководителя, теперь пенсионерка. За 15 суток, которые отбыла на Окрестина, она должна выплатить за питание 220 рублей, это приблизительно половина ее пенсии.

— Вот такая «награда» от государства. За 37 лет трудового стажа, за то, что родила и вырастила трех детей, имею внуков, меня бросают на полмесяца в кутузку без матрасов, да еще и заплати им за это, как за отель! А все почему? Потому что я читала в электричке книжку Янки Купалы, — говорит Раиса Алецкая.

Она утверждает, что не имитировала чтение, а тягу к языку женщина объясняет желанием помочь внуку.

— Когда-то училась по-белорусски и, конечно, много слов забыла, но хочу, чтобы внук хорошо знал родной язык, мог легко пользоваться, а то и говорить всегда. Поэтому купила книги Купалы и Коласа, читаю, практикуюсь. И в тот день в электричке действительно читала не отрываясь, остановилась только, как увидела рядом какого-то мужчину, который снимает меня на видео. Потом в суде милиционеры говорили, что я была в красной куртке и это была акция, хотя куртка у меня малинового цвета и я на самом деле читала. Но что ты им докажешь? Такое время.

Комментарии

Правила комментирования

Подписаться
Уведомление о
3 Комментарий
большинство голосов
новее старее
Ответы по тексту
Посмотреть все комментарии
ДедСаша

По моему у Хиженковой титул не «королева», а «мисс Беларусь»…

Scroll Up