Новости / Коронавирус

«Бабушки научились держать дистанцию». COVID-19 год спустя: как коронавирус изменил нашу жизнь

27.02.2021, 9:31  / remove_red_eye 1148   / chat_bubble2

Первый случай коронавируса в Беларуси был зарегистрирован 27 февраля прошлого года. Шагая по стране, COVID-19 не только увеличивал число заболевших и умерших, но и вносил свои коррективы в привычки и взгляды белорусов. Как новый вирус изменил обычный уклад жизни жителей города Барановичи, они поделились с Intex-press.

«Бабушки научились держать дистанцию». COVID-19 год спустя: как коронавирус изменил нашу жизнь

С ноября прошлого года в Барановичах был введен масочный режим. Если поначалу это вызывало у некоторых горожан недовольство, то сейчас маски стали привычным атрибутом. Фото: Никита ПЕТРОВСКИЙ

«Понял, что от новых болезней мир не застрахован»

Андрей Радаш, строитель:

– Когда я узнал, что в Китае вспышка коронавируса, не скажу, что я испугался. Но я понимал, что это серьезно и рано или поздно коснется каждого. Когда COVID-19 пришел в Беларусь, я был в командировке в Европе и узнал об этом из интернета. Мои эмоции? Я понимал, что это беда. Медицина и так, можно сказать, на коленях, а тут еще коронавирус. Сокрытие фактов, левые, на мой взгляд, цифры… То есть в Европе все было плохо, а у нас якобы хорошо. Просто в Европе показывали реальную статистику по заболевшим и умершим и ничего не скрывали. А в Беларуси все было покрыто тайной: если люди умирали – то официально говорили, что от сопутствующих болезней.

Что касается профессиональной деятельности, то коронавирус очень сильно повлиял на мою работу. Карантин, обязательная сдача тестов перед пересечением границы… Неудобств добавилось, но в то же время я всегда уверен, что не болею, так как тесты сдаю очень часто. Ограничения по въезду и выезду из страны меня не коснулись, так как я выезжаю по командировочному удостоверению.

Сам я еще не болел, а вот моя бабушка перенесла коронавирус. И достаточно тяжело. У нее были сильно поражены легкие, она долго лежала под капельницами в больнице, ей назначали разные препараты. К счастью, бабушка выздоровела, но коронавирус ее очень подкосил. У нее постоянно скачет давление. Выздоровеет она окончательно или нет, неизвестно.

Летом я хотел бы съездить на море. Но как будет развиваться ситуация с COVID-19, не знает, наверное, никто. Поэтому рискну ли я – большой вопрос. Понятно, что пандемия не будет вечной, к тому же уже вакцина появилась. Посмотрим, что будет дальше.

Так как я бываю и в Беларуси, и в Германии, могу сказать, что противоковидные меры в этих странах очень разные, особенно очевидной была разница во время первой волны. В Беларуси один знающий человек говорил, что это психоз. А в Германии был введен масочный режим, закрыли кафе, рестораны, кинотеатры. В магазинах можно было находиться только с тележкой – чтобы соблюдать социальную дистанцию. Повсюду были санитайзеры, в общественном транспорте нельзя было садиться на соседнее сиденье с другим пассажиром. И за всем этим очень тщательно следили.

Людей коронавирус, на мой взгляд, тоже изменил. По крайней мере, они точно стали больше внимания уделять гигиене. Возможно, кто-то вообще научился правильно мыть руки. А лично я понял, что от новых болезней мир не застрахован. Неожиданно пришел коронавирус, и не факт, что через несколько лет нас не настигнет какая-то новая болезнь.

«Странный привкус ощущаю до сих пор»

Надежда Болотова, в декретном отпуске:

– Впервые о коронавирусе я услышала где-то в марте прошлого года, после родов. Серьезных масштабов заболеваемости у нас тогда еще не было, и помню, как очень активно обсуждали всюду, помогают маски или нет.

В роддоме на тот момент все было по-прежнему, масочного режима тогда еще не вводили. Единственное – запретили посещения. Раньше мужей могли пускать к женам по справке от терапевта, а когда я там была, этого делать уже было нельзя. Некоторые ограничения были и при выписке: нас выпускали по одному человеку, в комнату выписки не пускали много родственников.

Всю опасность коронавируса я поняла, когда сама им заболела. Это случилось в ноябре 2020 года. Все начиналось как обычная простуда: температура поднималась до 38 градусов, была вялость, слабость, насморк, небольшой кашель и болело горло. А потом пропало обоняние – я напрочь перестала чувствовать запахи и вкус.

Пошла к врачу, мне сделали тест, но он оказался отрицательным. Когда я спросила у терапевта, почему я в таком случае не чувствую ни запахов, ни вкуса, она посоветовала мне сдать тест через две недели. Но я этого не сделала и больше к медикам не обращалась. Отболела. Через недели две с половиной – три ко мне стало возвращаться обоняние, начал восстанавливаться вкус. Но полностью все это не восстановилось до сих пор.

Буквально месяц назад появилась еще одна «ерунда»: когда ем продукты с содержанием белка (например, мясо), они мне отдают то ли ацетоном, то ли уксусом. Я даже не могу понять, с чем можно сравнить этот запах. Зашла в интернет, стала читать тематические форумы, и оказалось, что я такая не одна. Некоторые обращались с подобным симптомом к медикам – но те разводили руками. Понять, из-за чего появился такой привкус и когда он исчезнет, я не могу до сих пор.

Во время первой волны заболела моя свекровь. После коронавируса у нее еще и онкологию обнаружили. Видимо, рак стал прогрессировать именно из-за ковида, и теперь она борется с этой страшной болезнью.

Сказать, что коронавирус как-то кардинально изменил мои привычки, я не могу.

Гигиене я всегда уделяла большое внимание, часто мыла руки. На курорты мы не ездили и раньше, поэтому закрытие границ на нашей семье тоже не сказалось. Единственное – я отказалась от прогулок по магазинам и теперь хожу туда только по мере необходимости. На улице с малышом избегаем большого скопления людей. А в остальном живем привычной жизнью. Но я заметила, что с приходом коронавируса бабушки в магазинах научились держать дистанцию и теперь не лезут на спину, как раньше.

«От COVID-19 есть даже плюсы»

Алексей Сокол, преподаватель административного права Барановичского экономико-юридического колледжа:

– Сначала, когда коронавирус только появился в Китае, казалось, что все это очень далеко и если он и придет в Беларусь, то нескоро и не будет столь активен, как там. Но все оказалось иначе.

Когда первый случай был выявлен в Беларуси, я возвращался из Польши. Помню, знакомые просили привезти маски, так как здесь начинался ажиотаж: скупали не только их, но и перчатки, антисептики.

А потом все начало развиваться очень стремительно: количество заболевших росло с каждым днем, появились первые случаи смерти от коронавируса.

Родители наших учащихся стали массово писать заявления с просьбой перейти на дистанционное обучение. И с 13 апреля, по согласованию с Министерством образования, мы перешли на «дистанционку». У каждого преподавателя в интернете был так называемый гугл-класс с материалами лекций, практических работ.

Учащимся давали коды, они получали доступ, скачивали лекции, выполняли практические работы. То есть по факту все осталось прежним, изменилась только форма подачи материала.

Конечно, преподавателям более старой закалки было сложнее перейти на эту систему. Но справились в итоге все. К тому же практика с применением технических средств обучения у нас существовала и раньше, у нас имелись электронные учебно-методические комплексы, и все это хранилось на серверах колледжа.

Экзамены проводились в очной форме (но с соблюдением масочного и перчаточного режимов, социальной дистанции), а выпускных вечеров не было. Выпускники приходили, расписывались в получении документов об образовании и просто забирали дипломы.

С сентября мы вернулись к обычному обучению. Да, заочникам больше материалов стараемся давать в электронном виде, чтобы они поменьше находились в здании, когда приезжают на сессии. А те, кто на дневной форме, занимаются сейчас как обычно, до коронавируса. Только в масках.

В плане профессиональной деятельности от COVID-19 есть даже плюсы. Именно он подтолкнул нас к тому, чтобы перейти на новую ступень электронного образования. Старые методы, на мой взгляд, себя изживают, и надо учиться новому. Раньше это делали лишь те, кто хотел, а с приходом коронавируса – все.

А вот на моем хобби коронавирус сказался отрицательно. Я – байкер, привык летом ездить на мотофестивали, посещать разные крупные мероприятия, а из-за коронавируса все они были отменены. Были планы поехать летом на мотоцикле за границу, но границы были закрыты, и это стало невозможным.

Сам я переболел COVID-19 в ноябре. Наверное, благодаря тому, что сразу обратился к медикам, и было назначено правильное лечение, все прошло в легкой форме: после двух недель больничного я вернулся на работу.

На мой взгляд, те ограничительные меры, которые действуют у нас, обоснованы. К тому же в Беларуси, по сравнению с другими странами, они не самые жесткие. Да, я понимаю, что локдаун для нашей экономики был бы мощнейшим ударом. Но здоровье людей важнее, чем экономические показатели.

«Становится не по себе, когда в магазине тебе «дышат в спину»

Алина Дешковская, врач-рентгенолог:

– В разгар первой волны коронавируса и до конца августа прошлого года я работала в Брестской городской поликлинике №2. Но думаю, что ситуация в области и в Барановичах была похожей.

Пик заболеваемости COVID-19, по моим ощущениям, в Бресте пришелся на июнь-июль прошлого года. Количество людей, желающих сделать снимок легких, зашкаливало. В то время, как норма выполненных снимков за одну смену в январе-феврале у меня составляла около 30, то летом все 60! Нагрузка увеличилась в разы, при том что на дворе стояла жара, а сидеть приходилось в полном «обмундировании». Антисептиков и средств индивидуальной защиты (СИЗ) хватало. СИЗ включает в себя обычные докторские халат и рубашку, а также комплект, состоящий из комбинезона, двух пар бахил, перчаток, шапочки, нарукавников, респиратора и защитного экрана для лица. Даже мобильный телефон оборачивали в пленку.

Учреждение было разделено на несколько зон: красную – с высоким риском заражения, желтую, она же шлюз – со средним уровнем, где мы могли переодеться, и зеленую – с низким уровнем опасности.

Первое время, когда пациент приходил с повышенной температурой или снимок показывал двустороннюю пневмонию, становилось не по себе. Было тревожно. Сейчас такого уже нет, восприятие изменилось.

Рост выявленных двусторонних пневмоний начался в конце весны, тогда мы регистрировали в среднем от 10 до 15 случаев в день. Во вторую волну их количество немного снизилось. Бывали случаи, когда человек слышал от меня диагноз и первой его реакцией было: «Не может быть». Человек не мог поверить, что у него двусторонняя пневмония.

По моим ощущениям, во время первой волны коронавируса пациентов было больше, чем во вторую.

Сама я коронавирусом не болела. Но если бы мне сказали в 2019 году, что в 2020-м люди будут носить маски, «шарахаться» общественных мест и не ходить на работу, я бы не поверила, подумала бы, что это что-то дикое. А сейчас человек на улице в маске воспринимается как норма.

Почти все лето я провела в Бресте, в Барановичи к родителям практически не ездила – боялась привезти им «заразу». Отменился и летний отпуск: мы планировали с молодым человеком поехать на отдых, но куда же поедешь, когда столько работы и закрыты границы.

Не могу сказать, что у меня выработались защитные рефлексы, но становится не по себе, когда стоишь в очереди в магазине, а к тебе вплотную подходит человек и «дышит в спину». То же самое могу сказать и про общественный транспорт: если у меня будет выбор подсесть к кому-то или постоять, то я выберу второй вариант.

Комментарии

Правила комментирования

Подписаться
Уведомление о
2 Комментарий
большинство голосов
новее старее
Ответы по тексту
Посмотреть все комментарии
злой кот

Большая часть населения заразилась в поликлиниках и больницах…родственника в больнице заразили он там и помер на ИВЛ.

Scroll Up