Новости / Экономика

А не бахнуть ли нам контрсанкциями? Как Беларусь может ответить обидчикам и чем это грозит

14.01.2021, 18:42  / remove_red_eye 346   / chat_bubble2

До третьего пакета санкций власти внимание на действиях ЕС особо не акцентировали. Но после очередного расширения черного списка Александр Лукашенко назвал санкции «бандитскими» и заявил, что мы должны «симметрично ответить». Это как и какие последствия может иметь?

А не бахнуть ли нам контрсанкциями? Как Беларусь может ответить обидчикам и чем это грозит

Фото: ctrcenter.org

Кто сейчас в Беларуси под санкциями?

Евросоюз в середине декабря принял третий пакет санкций в отношении белорусских властей и бизнеса. Санкции введены и в отношении сорока физлиц и семи юридических лиц. Большая часть из них — предприятия оборонной сферы, пишет tut.by.

Борисовское танкоремонтное предприятие «140 ремонтный завод», разрабатывающее автоматизированные системы управления и электронику «Агат — электромеханический завод», МЗКТ (колесные базы предприятия используются для различных комплексов вооружений) и «Белтехэкспорт», занимающееся продажей вооружений и военной техники за рубеж.

В список вошли также Государственное учреждение «Главное хозяйственное управление» Управления делами президента, крупный частный застройщик Dana Holdings и IT-компания «Синезис». Плюс ко всему под санкции угодили два бизнесмена: председатель совета директоров «Амкодора» Александр Шакутин и Николай Воробей.

О присоединении к санкциям ЕС (тогда речь шла о втором пакете) уже заявила Швейцария, свой санкционный список у США.

Но это вроде бы немного. Пусть наши предприятия уйдут на другие рынки да и все. Не в ЕС же они продукцию поставляют!

Основной рынок оборонной продукции действительно не ЕС, но есть нюансы. К примеру, агрохолдинг Управделами президента — один из крупнейших производителей и экспортеров продукции в стране. Он абсолютный лидер в производстве сырого молока на территории Беларуси и, как выяснило «Завтра твоей страны», входит в тройку крупнейших поставщиков сырья на объединенном рынке Беларуси и России.

Экспорт молока и молочной продукции в 2019 году составлял 2,3 млрд долларов, к 2030 году его рассчитывают увеличить до 4 млрд. И хотя основные рынки для наших производителей — Россия, СНГ и набирающий обороты Китай, закрытие поставок в ЕС как минимум неприятно, лишает предприятия возможности диверсифицировать поставки, ставит в зависимость от одного рынка, что очевидно ослабляет переговорные позиции.

Но если бы санкции предполагали только запрет на экспорт на определенные рынки, все было бы действительно несложно. Юристы предупреждают, что речь идет и об ограничении хозяйственных операций (поставка, оказание услуг, инвестирование, кредитование, займы и пр.) между лицами ЕС и подсанкционными компаниями.

То есть предприятию могут, к примеру, не поставить заказанное оборудование из ЕС? Но это же им самим невыгодно! Сами же и постараются обойти собственные санкции!

Институт репутации в Европе и США действует настолько эффективно, что первые жалобы на срыв поставок комплектующих поступили от компаний, которые еще даже не попали в официальные санкционные списки. После утверждения первых пакетов санкций уже и министр промышленности Петр Пархомчик рассказал, что есть задержки поставки комплектующих, материалов.

— Мы это почувствовали от европейских стран. Та же Финляндия, не буду называть компанию, отказалась поставлять определенные комплектующие. Германия начала сдерживать поставки. Это очередной стимул для предприятий Министерства промышленности, чтобы локализовывать, заниматься вопросами импортозамещения, — заявил он.

Министр сообщил, что решение ЕС о применении санкций коснулось, например, предприятий, которые «выпускают военно-промышленную продукцию».

— Думаю, мы очень внимательно посмотрим номенклатуру, которая определяет производство конечного продукта, <…> где мы можем, будем искать другие способы <…>. Не хочет поставлять Европа, есть Китай. Это тоже один из способов — найти других поставщиков, которые готовы сегодня поставлять продукцию, — подчеркнул Пархомчик.

Участники рынка отмечают, что заменить высокотехнологичное оборудование, сложные комплектующие — весьма не просто и точно не быстро.

Так что вопросы выгоды для поставщиков из ЕС и США оказываются вторичны. Решение принято, и желающие обойти его вряд ли найдутся. Если белорусский пример пока не очень убедителен, можно посмотреть, как работают американские санкции в отношении российского «Северного потока-2», газопровода по дну Балтийского моря. США в конце прошлого года расширили санкции против проекта, угрожающего, по их оценке, энергетической безопасности Европы.

Под санкции уже попадают более 120 компаний, в том числе предоставляющие услуги, оборудование или финансирование для модернизации или оснащения судов, работающих на проекте; оказывающие страховые и сертификационные услуги, нужные для завершения строительства. И Госдеп только поторапливает компании, предупреждая, «чтобы поторопились выйти из проекта, пока не стало слишком поздно».

А для физлиц санкции — это серьезно? Или просто неприятно и неудобно — ну не поедешь в Париж или Вильнюс…

Персональные санкции не менее суровы. Если для чиновников и силовиков, возможно, действительно речь пойдет о неудобстве и ограничении личных радостей вроде туризма, шопинга и спортивных мероприятий (группе белорусских чиновников во главе с Лукашенко уже закрыт путь на Олимпийские игры), то с бизнесменами и спортсменами все еще более серьезно.

Для первых это проблема с кредитованием, распоряжением собственными активами, ограничение на совершение сделок и вечное пятно на репутации.

Для вторых все тоже серьезно. Для примера — кейс одного из самых известных мексиканских футболистов Рафаэля Маркеса, попавшего под санкции США по подозрению в сотрудничестве с наркокартелем и отмывании денег. Маркесу, капитану сборной, на чемпионате мира 2018 года было запрещено следующее: носить официальную тренировочную форму сборной Мексики (из-за логотипов спонсоров); жить в одном номере с другими игроками; посещать официальные мероприятия ФИФА, где есть связанные с США спонсоры (то есть все); вообще как-либо общаться с гражданами США или представителями американских компаний; пить воду из бутылок товарного спонсора сборной; получать приз лучшему игроку матча (из-за того, что спонсор приза — пиво Bud).

Так что персональное давление оказывается весьма серьезным.

Ответить «симметрично» — это вообще как?

Подробности пока неизвестны, но симметрия ответа может определяться разными параметрами. Задачу на недавнем совещании Александр Лукашенко сформулировал так: «Пара-тройка наших предприятий попали под так называемые бандитские санкции со стороны Запада. Юрий Викторович (Юрий Назаров, вице-премьер), передайте Головченко (Роман Головченко, премьер-министр) и решите этот вопрос в правительстве: мы должны симметрично ответить на это. Они ввели против наших предприятий санкции. Мы должны посмотреть, какие страны это сделали, и мы должны соответствующим образом отреагировать».

Он продолжил, что в Беларуси работают несколько тысяч иностранных предприятий — мелкие, средние, крупные. «Они (страны, которые ввели санкции. — Прим. пресс-службы) должны понимать. У нас хорошо с ними — хорошо этим предприятиям, если они сделали шаги в неправильном направлении и начинают нас наклонять, мы должны симметрично ответить. Не надо бояться, надо уже им показывать зубы».

Эксперты отмечают, что «симметрично» может значить и «равно болезненно», и «в отношении аналогичного числа предприятий».

Так, может, сразу на все иностранные предприятия санкции распространить? Зачем нам их столько?

Дело не столько в количестве, сколько в качестве. По данным Белстата, 11% работающих белорусов трудятся на иностранных или совместных предприятиях, а инвестиции из стран ЕС составляют весьма серьезную долю пирога — и без их притока Беларуси нечем компенсировать хроническое отрицательное сальдо торговли товарами (импортозамещение не предлагать, уже пробовали — получается очень дорого и не очень качественно) и давление на рубль.

Непросто будет без них и на рынке труда, что подтверждает недавнее исследование Исследовательского центра ИПМ. Заблуждения о решающей роли госпредприятий в экономике Беларуси — одни из самых стойких. Госпредприятия считают ключевыми нанимателями и двигателями требования властей о повышении зарплат. Но за последний десяток лет многое изменилось.

Занятость на предприятиях республиканской собственности в 2019 году снизилась на 29,9% по сравнению с 2012 годом, хотя занятость в целом по экономике — только на 6,1%. Темпы падения занятости на предприятиях республиканской собственности составили 5% в среднем за год. А вот занятость в частном секторе увеличивалась: +6,5% в коммерческих компаниях без доли государства, +79,4% (!) на иностранных предприятиях.

Аналогично — с доходами. И производительность труда, и зарплата в иностранных и совместных предприятиях выше, растет — быстрее.

Так что всё закрыть — точно не вариант.

Но если закрыть, к примеру, литовское или швейцарское предприятие в Беларуси, Литве и Швейцарии хуже станет?

Вряд ли. В Беларуси активно работают частные компании из ЕС. К примеру, это крупнейший литовский инвестор в белорусскую деревообработку компания VMG или швейцарский «Штадлер» с его заводом под Минском. Проблемы инвесторов в Беларуси коснутся самих инвесторов, Беларуси (в виде потерь бюджета, инвестиций, компетенций и технологий) и граждан Беларуси (в виде потери рабочих мест и зарплаты). На экономике родины неудачливого инвестора его проблемы скажутся только косвенно.

Допустим, контрсанкции все-таки будут приняты, заработают. Мне что с того?

Эффективность экономических и не только санкций — вопрос дискуссионный. Вот здесь мы вспоминали некоторые громкие истории от освобождения Нельсона Манделы до Иранской ядерной программы. Но есть у санкций и побочные эффекты, которые касаются всех. Для Беларуси самые большие риски известны — это девальвация и инфляция.

Самый яркий пример тут — Россия и ее крымские контрсанкции. Одним из результатов продэмбарго стал рост цен для потребителей, причем не только на попавшие под запрет продукты, пришли к выводу аналитики KPMG. Больше всего за пять лет с 2013 года в рознице подорожало сливочное масло (+79%), мороженая рыба (+68%) и капуста (+62%). При этом российские производители во многом до сих пор зависят от иностранных поставщиков, объясняют в KPMG рост потребительских цен на продукты.

Это касается как капитальных затрат — в виде закупок оборудования, так и операционных — это закупка кормов и посадочного материала. Кроме того, в структуре затрат сельхозпроизводителей есть биржевые товары, доля импортных или биржевых товаров в структуре затрат может превышать 50%. То, что негативным результатом санкций стало повышение цен на внутреннем рынке, признавал даже Владимир Путин.

Но, возможно, у вас появится и чувство гордости за то, что мы не позволили себя наклонить.

Читайте также: Лукашенко поручил ввести ответные санкции: «Не надо бояться, надо уже начать показывать им зубы!»

Власти намерены собирать больше сведений о доходах физлиц — зачем?

Присоединяйтесь к нам в Viber или Telegram, чтобы быть в курсе важнейших событий дня или иметь возможность обсудить тему, которая вас взволновала.

Поделиться:
Комментарии

Правила комментирования

Подписаться
Уведомление о
2 Комментарий
большинство голосов
новее старее
Ответы по тексту
Посмотреть все комментарии
eni.

Может не надо спешить, чуть подождать надо…

Scroll Up