Новости / Общество

Аналитик: Нет таких шагов, с помощью которых Лукашенко мог бы нормализовать ситуацию

16.10.2020, 16:45  / remove_red_eye 696   / chat_bubble1

Ставка на мирный, конституционно созидательный протест сработала. Люди хотят справедливого устройства государства, где будет верховенство закона, соблюдение прав, возможность влиять на свою судьбу. И это ощущение моральной правоты, исторической важности момента придает силы, заявил независимый аналитик Сергей Чалый. При этом эксперт предостерег от использования этого порыва теми, кто предпочел быстро уехать за границу «по соображениям безопасности».

Аналитик: Нет таких шагов, с помощью которых Лукашенко мог бы нормализовать ситуацию

Сергей Чалый, фото Еврорадио

Про Путина и картошку

Главное и беспрецедентное событие прошедшей недели — визит Лукашенко в СИЗО КГБ, который всех заставил недоумевать о целях посещения, пишет tut.by.

— Сразу хотел бы отмести версию, что визит был нужен из-за давления со стороны Путина и России. Это чушь. Сейчас, когда на улице народ, возмущенный украденными выборами и насилием в отношении тех, кто возмущен украденными выборами, глупо говорить о том, что конституционная реформа что-то решает. На обе претензии она никак не отвечает, только если не подразумевает, что результатом этой реформы будет скорый уход Лукашенко, — подчеркивает Чалый.

Он напоминает, что о конституционной реформе Лукашенко действительно высказывался после визита к Путину. Из заявлений после встречи можно сделать вывод, что под реформой Конституции Москва понимает полноценный транзит власти.

— Вариант, когда в результате поправок в Конституцию Лукашенко остается во главе государства, они, скорее всего, не рассматривают. Это пока мой базовый сценарий. Я по-прежнему считаю, что в интересах Москвы образование в Беларуси парламентской республики с большой пророссийской фракцией. А фракция эта будет крупной: любовь к России (не к Путину) есть. Другое дело, что нет желания объединяться в одно государство. А хорошее отношение к соседу социологи констатировали всегда.

Аналитик отмечает: в условиях, когда ты понимаешь, что за тебя — абсолютное меньшинство (а оценить количество людей, некоторых из которых уже в лицо узнают по мероприятиям по всей стране, можно по маршу в поддержку действующей власти в среду), остается делать вид, что все в порядке, все проблемы и дискуссии закончены:

— «Все, видите, у нас уже и инаугурация прошла! Чего теперь вы хотите?» Будто этот факт что-то меняет в отношении людей к прошедшим выборам, — удивляется Чалый.

Фото: tut.by

Фото: tut.by

Попытки заиграть тему, сделать вид, что глава государства занят другими, куда более важными вопросами, продолжаются по одному сценарию. Вот в Витебской области Лукашенко заявляет, посещая Толочинский консервный завод: «Мы со всем справимся. С этим народом не справиться нельзя. Люди от земли, работают искренне». «Если бы у нас и в Минске такой народ был, мы были бы самыми богатыми», — добавляет он. Посещая картофелехранилище, он провозглашает: «Хранилище — это святое. Если нет хранилища, нечего картошку сажать».

То есть снова идет противопоставление чарки и шкварки более высоким ценностям.

— А в ответ на требование соблюдения законов, разделения властей, элементарного обеспечения безопасности нам говорят: «Это все здорово, но что же мы есть будем».

Нестандартный шаг или жест отчаяния?

Казалось бы, можно и дальше продолжать этот сценарий, но власть делает нестандартный шаг, и Лукашенко едет в СИЗО, к людям, которых он никогда по фамилии не называл, они и этого были недостойны в его глазах. Мероприятие названо «встречей с представителями оппозиционных политических движений». Очевидно, что эта «встреча» не принесла результатов, на которые рассчитывала власть, уверен эксперт.

— Пропагандистского выхлопа из пятичасовой беседы не вышло никакого: меньше минуты видео, основную часть из которого говорит Лукашенко. Не считать же выхлопом серию интервью вышедшего уже на свободу Юрия Воскресенского, который не был никаким лидером штаба Бабарико. Воскресенский был всего лишь членом инициативной группы по сбору подписей и не принадлежал к кругу лиц, принимавших решения. Он — неуполномоченное лицо, — подчеркивает аналитик.

Фактически есть одна цитата, слова Лукашенко о том, что «Конституцию на улице не пишут», на что можно ответить: и переговоры в тюрьме не ведут. Переговоры возможны только с теми, кто так же свободен в принятии решений, как и ты, подчеркивает Сергей Чалый.

Он обращает внимание на то, что Лукашенко не преминул показать, что он в курсе того, как идет расследование дел ключевых фигур, показал, что от его решения зависит их судьба и по его решению они были посажены.

— Это и близко не переговоры. И очень точно через адвокатов они передали: это был обмен мнениями, — констатировал Чалый.

Чалый уверен, план перед визитом был — попытаться расколоть собравшихся, найти того, кто выйдет и скажет: «Вот мы нормальная, вменяемая, конструктивная оппозиция. Улица — это неправильно, бандиты там. Прекращаем эти протесты».

Фото: tut.by

— К примеру, Бабарико мог бы добавить, мол, мы всегда были за конституционную реформу, за перемены. А радикалов, мол, этих на улице надо нейтрализовать. Но фокус в том, что сейчас нет ни одного человека, который мог бы выйти из тюрьмы, приехать из-за границы и сказать: «А давайте мы будем конструктивной оппозицией. А те, кто на улице, их надо убрать». Авторитета у этого человека больше не будет. За ним не пойдет никто. Лукашенко сам себе создал ситуацию, в которой настолько классно устранялись все лидеры протестов — и явные, и воображаемые, — что протест стал абсолютно децентрализованным. Нет того человека, который может сказать: «Ребята, стоп». Так что нынешние говорящие про «созданы все условия» и про «Лукашенко — крепкий орешек» — это пустое. Это никак не повлияет на протесты.

В итоге все попытки власти или прекратить выступления, или выдать протест за радикальный и сделать его более радикальным, не приводят к успеху. Одно видео про «коктейли Молотова», якобы брошенные в служебный автобус на территории РУВД, чего стоит. К траектории полета этой бутылки сразу возникло множество вопросов.

Чалый также обращает внимание на невысокий уровень провластной пропаганды: тексты выступлений Воскресенского в госСМИ отредактированы той же рукой, что и диалог «Майка и Ника», с пафосным абзацем какой замечательный у нас президент, с заявлением вроде «все-таки лидеры должны рождаться путем долгой селекции внутри Беларуси, и только они могут качественно озвучивать интересы в том числе этой толпы».

Очень странным и неубедительным ходом Чалый считает попытку представить Воскресенского, человека, которого очевидно поломали, как некоего деятеля, который может предлагать подходы по освобождению ряда лиц, которые «оказались не так общественно опасны для страны, как казалось на первом этапе».

— Все пропагандистские конструкции разваливаются на первом же уточняющем вопросе. Кому казалось? Кто принимал решение об опасности? Лукашенко так показалось? Очевидно, что тот процесс, который ведется против присутствовавших на встрече, никакого отношения к праву не имеет. И находится на личном контроле Лукашенко, — констатирует Чалый.

Так что не надо впадать в отчаянье, но и не надо думать, что Лукашенко продемонстрировал слабость, придя на встречу в СИЗО, призывает эксперт.

— Читайте Воскресенского. Если он говорит, что Лукашенко — сильный человек и пиар ему не нужен, можно быть уверенным: именно ради пиара все устроено. Это давно известно. Если тебе не нужен пиар, ты не говоришь, что тебе не нужен пиар.

Люди с «Титаника» против людей на улице

После встречи в СИЗО мы увидели резкое усиление силовой активности на воскресном мероприятии. Число задержанных стало рекордным после трех первых послевыборных дней. Это возврат к прежнему уровню насилия, возврат демонстративный, это насилие в отношении известных, публичных персон, подчеркивает аналитик.

Фото: tut.by

— Нужно искать объяснение, почему именно сейчас это произошло и что это было. Очевидно, что главный фактор, который давит на власть, — продолжение уличных акций, демонстрации того, что все знают о том, что выборы он не выиграл. Можно придумывать какие угодно версии вроде озвученной на встрече с генеральным секретарем ОДКБ Станиславом Засем о том, что «не было бы внешнего давления и влияния, никогда бы этого в Беларуси не было». Но внешнее влияние ни при чем, а ключевым фактором стало желание Лукашенко получить на выборах 80 процентов, — уверен Чалый. — И эта цифра не имеет никакого отношения к результату, который получился. Хотя отрицание этого у нас, похоже, приравнивается к государственному преступлению.

Поэтому мирный вопреки всем ожиданиям характер акций — главный вызов властям. Вызов в том числе интеллектуальный, агрессивному меньшинству сложно понять мотивы людей.

— Мирный характер акций разрушает нарратив, выстроенный властью вокруг происходящего. Краткосрочный период насилия и разгонов еще можно пережить, жить дальше и убеждать себя путем рационализации, что так мы сохранили порядок. Но когда насилие превращается в фактор жизни, его невозможно вытеснить из сознания. Мы получили ситуацию холодной гражданской войны в условиях двоевластия. Сложно найти способы оправдания того, что ты продолжаешь применять насилие. Всем очевидно, что против силовиков — обычные люди. Там нет боевиков, о которых рассказывают на политинформациях, нет проплаченных и организованных. Там обычные люди, женщины, пенсионеры. И ни одна попытка радикализировать протест, в том числе с участием провокаторов, не удалась. Потому что народ осознает свое историческое и моральное превосходство, свою правоту. Поэтому люди продолжают выходить еженедельно. А людям с другой стороны все сложнее верить в то, что это они защищают государство, справедливость.

«Народ осознает свое историческое и моральное превосходство, свою правоту».

Чалый рассказывает, что ситуация в Беларуси напоминает картинку, на которой концлагерь постепенно занимает все пространство и за забором уже одни охранники. Все люди — внутри.

— Это происходит и у нас. И это сильно давит психологически на условных «охранников». И дело не в страхе. Можно сколько угодно снимать ролики человека в балаклаве и с измененным голосом, говорящего: «Мы не боимся». Кстати, давно не видел роликов, где звуковой ряд настолько бы не соответствовал видеоряду. Речь эта обращена не к народу, не к протестующим, а к своим, мол, «держим ряд». Но одно дело — штыки, на которых это все держится, пропагандисты, тон которых становится все более истеричным. Это люди, у которых одно будущее — оставаться на «Титанике». И они это прекрасно понимают. Они выбор уже сделали.

Фото: tut.by

Но есть огромное количество других людей, продолжает Сергей Чалый. Они были интересантами этой системы, при ней они могли нормально существовать. Их конкурентоспособность в условиях нормальной рыночной экономики сомнительна, и потому для них важен режим, при котором они могут получать лицензии, разрешения, барьеры входа на рынок, где они неплохо себя чувствуют.

— Все это сейчас под угрозой. Плюс люди, которые заработали деньги благодаря близости и лояльности к этой власти. От них сейчас ждут публичных заявлений, которые прозвучали от директора ИТ-компании PandaDoc Дмитрия Рабцевича: президент нас всех вскормил, созданы великолепные условия для ИТ и т. д. Непонятно только, почему четверть айтишников уже в сентябре готовилась к релокейту. А так условия хорошие созданы. Вот еще Украина только мешает — надо протест послу выразить по поводу «недружественного» указа по упрощению условий для переезда айтишников. Вы нам годами рассказывали, что в Украине хаос, война, ужас, голод и пенсии не платят. И даже туда от вас едут?

— Это похоже на классическое «на кого она меня променяла?!»

— Именно! Обида: ты на него посмотри! Он же не сможет сделать тебя счастливой! Эта же обида сквозила у «Пула Первого», когда обсуждалось, звали ли Марию Колесникову на встречу с Лукашенко. Не сомневаюсь, что ей предложили поехать на некую важную встречу и она реально отказалась, сославшись на то, что один раз ее уже достаточно возили. Но для дам, которые ведут этот канал и которые влюблены в Лукашенко, представление, что есть какая-то женщина, которая отвергла приглашение на встречу с ним, вызвало просто бурю эмоций, — отмечает аналитик.

Выбор сделает каждый

Аналитик говорит: есть герои на улицах, есть верные соратники Лукашенко, а существует еще огромное количество людей, которые определяют остальное государство, принимают решение, инвестировать или нет, что делать с бизнесом, где находиться.

— Они сейчас примерно в том состоянии, в котором Нацбанк принял недавнее решение о продлении прекращения постоянно доступных операций по поддержке ликвидности сразу на три месяца. Объяснение максимально простое: сохранение повышенной неопределенности на финансовых рынках, — считает он.

И ключевая причина здесь — политическая неопределенность. Будущего у экономики нет, рецессия будет продолжаться, пока не разрешится политический кризис.

— Мы видим, что Тихановская уже имеет уровень дипломатического представительства, несравнимый с Лукашенко за все годы его руководства. Это ранит его самолюбие. Как и то, что ему нечего предъявить на внешнем контуре. А надо либо показать, что ты контролируешь ситуацию, либо признать, что это у тебя не получается. И передать в руки тех, у кого получается. А идеи про выпуск картона и перебирание картофеля никого не впечатляют. А вот то, что происходит на улице, — весьма впечатляет.

«Надо либо показать, что ты контролируешь ситуацию, либо признать, что это у тебя не получается. И передать в руки тех, у кого получается».

Единственным фактором стабилизации ситуации в той или иной форме может быть уход Лукашенко, уверен Чалый. Сам он это понимает, понимают многие из окружения.

— Единственное, что можно сделать, чтобы удержать этих людей вокруг себя, — замазать их настолько, чтобы и у них не было выхода. Чтобы тонуть вместе. Единственный способ сохранить статус-кво для власти — эскалация насилия, превращение режима в полноценную военную диктатуру. Перед всеми сейчас стоит нравственный выбор. Это исторический момент экзистенциального выбора. Никто не сможет этого выбора избежать. Всем придется определиться, на какой стороне находишься, — отмечает он.

Нейтральность вроде «я медали на брата не меняю» больше невозможна и как нейтральность не воспринимается.

— Говоря «нужно всем успокоиться и все обсудить», размышляя про чакры и прикидываясь дурачком, избежать выбора не получится. Избегание выбора — это тоже выбор. Отчаянность ситуации, в которой находится Лукашенко, приводит к тому, что любой при власти, кто надеется в случае чего оправдаться тем, что он-то никого не бил и ни в кого не стрелял, должен понимать: эти аргументы не сработают. Перед всеми стоит нравственный выбор. Кстати, сам Лукашенко действует абсолютно рационально: он закрывает себе возможность сдать назад. И те, кто говорил, что с президентом «до конца», должны понимать: сейчас карты раскрываются и становится понятно, что значит это «до конца». Уже есть заявления, что власть готова стрелять… Кстати, президент Кыргызстана ушел в отставку, сказав, что не хочет войти в историю главой государства, на котором есть кровь своего народа. Такой выбор.

Риски другой стороны

Не нужно забывать и про риски с другой стороны, напоминает Сергей Чалый.

— Разрастающееся окружение Светланы Тихановской в Вильнюсе все больше начинает напоминать Раду БНР 2.0, которой процесс интереснее, чем результат, — отмечает он.

Чалый не исключил, что результатом неправильной оценки итогов похода Лукашенко в СИЗО и стал объявленный Тихановской ультиматум.

— Я несколько раздражен большим числом тех, кто наводнил Вильнюс, Киев, Варшаву. В Минске один раз в акции поучаствовал — и уже «по соображениям безопасности» уехал. Мол, они за нас на улице все сделают, а мы приедем и возглавим. Так не сработает. Есть большая вероятность, что протест для таких людей станет важнее результата.

Чалый считает, что ультиматум — странное решение.

— Не понимаю его. Если вы за пределами Беларуси и там чувствуете себя безопаснее, чем было здесь, то все, что сейчас нужно, — солидарность с теми, кто остался в стране. Не надо портфели делить. Международное турне завершилось, прекрасно. Диалога с Лукашенко не будет, понятно. Все держится на энергии людей, готовых жертвовать базовыми потребностями и безопасностью ради высокой цели. Никакие визиты и переговоры не важны, если они не помогают поддержке этого чувства правоты.

Продолжает работать только мирный протест, считает аналитик.

— Нужно понимать, что война не того характера, где ультиматумы уместны. Ультиматум уместен тогда, когда ты можешь нанести противнику непоправимый урон. Сейчас такой возможности нет. Но напомню: для народа, выходящего на акции, это ресурсное состояние, для тех, кто им противостоит, это трата ресурсов, которых становится все меньше, и психологических, и физических, подчеркивает Сергей Чалый.

«Ультиматум уместен тогда, когда ты можешь нанести противнику непоправимый урон. Сейчас такой возможности нет».

В итоге нет ничего, что бы могло остановить тот процесс, который запущен украденными выборами, уверен эксперт.

— Соответственно, нет таких шагов Лукашенко, с помощью которых он мог бы нормализовать ситуацию. И он все больше понимает, что это осознают и окружающие, и белорусские участники процесса, и инвесторы, и международные организации. Последние будут сворачивать программы с Беларусью. И тут на повестку выходит вопрос, где брать деньги на поддержание базовой инфраструктуры.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Присоединяйтесь к нам в Viber или Telegram, чтобы быть в курсе важнейших событий дня или иметь возможность обсудить тему, которая вас взволновала.

Читать также
Комментарии

Правила комментирования

Подписаться
Уведомление о
1 Комментарий
большинство голосов
новее старее
Ответы по тексту
Посмотреть все комментарии

Ультиматум уместен тогда, когда ты можешь нанести противнику непоправимый урон. Сейчас такой возможности нет

И не будет уже, расходимся…..

Scroll Up