Автор: Анна РОМАНОВА-КОЛОСОВСКАЯ

16:51, 21 августа 2016

Общество

remove_red_eye 262

Барановичский летчик-испытатель: «Подошел к самолету – забудь, что происходит на земле»

Владимиру Купчинскому 47 лет. Он начальник станции летных испытаний – летчик-испытатель на ОАО «558 авиационно-ремонтный завод». Своим рабочим кабинетом Владимир Болеславович с 18 лет считает кабину воздушного судна.


О профессии и семье


Мой отец был летчиком-инструктором. Свое детство я провел с папой на аэродроме, поэтому, куда идти учиться после школы, было предопределено заранее. После окончания Черниговского высшего военного авиационного училища летчиков меня направили служить в истребительно-авиационный полк в Венгрию. Там освоил истребитель МиГ-29, на котором очень хотел летать. В 1990 году меня перевели в истребительную часть в Березу, а через три года – в Барановичи. Я знал, что здесь на авиабазе есть истребители Су-27, которые мне хотелось освоить и сравнить со знакомым МиГ-29. В 2002 году мне предложили заняться испытательной работой на авиазаводе.

РЕКЛАМА

Испытательные полеты – это венец ремонта авиатехники. Конечно, работу самолетов и вертолетов кроме испытателей оценивает система, замеряющая параметры работы летательного аппарата и параметры полета. Но не все можно оценить, если не сидишь в кабине. Показания скорости, высоты, курса, угла атаки, параметров работы двигателя, систем жизнеобеспечения авиатехники, поведение судна в воздухе – все это оценивает летчик-испытатель.

Испытателем на нашем предприятии может стать только опытный летчик, который налетал достаточное количество часов и имеет высокую квалификацию.

Моя семья  –  жена и две дочери – уже привыкла к моей работе. С женой мы вместе с первого класса. Она  дочь военного, понимает, что такое служба. Конечно, за меня волнуется. Всегда желает удачного дня, хороших полетов, просит позвонить после них.

Фото: Александр КОРОБ

Фото: Александр КОРОБ


О работе испытателя

Летчики-испытатели несут ответственность за исправность и работоспособность техники перед теми летчиками, которые будут летать на ней после нас. Летать приходится на разных видах самолетов и вертолетов. Если на авиабазе я летал на МиГ-29 и Су-27, то здесь пришлось освоить  Су-25, Су-17 и Ан-2, а также вертолет Ми-24. Бывает, в семичасовую смену летаешь на двух-трех типах воздушных судов. Это можно сравнить с тем, как водитель проехал на «Ауди» и тут же пересел на «Порш Кайен». Вроде и кабины похожи, и летают по одним законам, но особенности у каждого свои.

Из-за этих нюансов возникает нервное напряжение. Но нервы все же больше портят на земле.

Приметы летчиков

Вместо слова «последний» всегда говорим «крайний».

Будь то вылет, человек в очереди или день перед отпуском.

Нельзя летать с отпускным билетом

(официальный документ об отпуске) в кармане.

Не принято летать в день своего рождения.

Не рекомендуется летать в 13-е числа, а также в те дни,

РЕКЛАМА

когда случилась трагедия на аэродроме. 

О полетах и небе


Если ты подошел к самолету – забудь, что у тебя происходит на земле. Если мучают проблемы – лучше не подходи. У меня получается отрешиться как-то само собой. Любимое дело отвлекает от житейских проблем. Я верю, что хоть самолет и сделан из металла, но у него есть душа. Если летчик знает его досконально и умеет им управлять, то самолет помогает в полетах.  

Летчик может себе позволить небольшие вольности в небе: перевернуться вниз головой над облаками и «проскользнуть» по ним кабиной. Осенью, когда свинцовые облака висят над головой, идет дождь, давно нет солнца, «выскакиваешь» за облака – а там яркое солнце.

Фото: Александр КОРОБ

Фото: Александр КОРОБ

О гибели коллег

Очень тяжело терять товарищей. В Польше погибли мои сослуживцы Александр Марфицкий и Александр Журавлевич, в Ганцевичском районе разбился мой однокурсник Сергей Коваленко.
Такие трагедии накладывают сильный отпечаток. Небо иногда ломает крылья.


О пассажирских самолетах

Я никогда не хотел быть гражданским летчиком. Мне это неинтересно. На пассажирском самолете взлетел, набрал высоту, автопилот включил и летишь долго и нудно. А в военной авиации – динамика и жизнь.

Когда лечу пассажиром, чувствую набор и снижение высоты, если самолет начал разворачиваться или если он накренился. Но спокойнее мне в кабине пилота. Потому что там я сам контролирую, что происходит.

Читать также
Комментарии

Правила комментирования

comments powered by Disqus
Scroll Up