Новости / Культура

Нобелевская лекция Светланы Алексиевич: коротко

7.12.2015, 21:55 / remove_red_eye 131 / chat_bubble

Светлана Алексиевич выступила с нобелевской лекцией в Стокгольме. Свою 40-минутную речь писательница посвятила «Красному человеку». Мы записали основные тезисы.

«Я не помню мужчин после войны в нашей деревне. Детский мир после войны был миром женщин.  Больше всего мне запомнилось, что женщины говорили не о смерти, а о любви. Рассказывали, как прощались с любимыми, как прощались, как до сих пор ждут. Пусть без рук, без ног вернется. Я его на руках носить буду, без рук, без ног. Я с детства знала, что такое любовь».

«Я – человек ухо. Когда я иду по улице и ко мне прорываются какие-то слова, фразы, восклицания – всегда думаю: сколько же романов бесследно исчезает во времени, в темноте. Есть разговорная часть человеческой жизни, которую нам не удается отвоевать для литературы. Мы ее еще не оценили».

«Мой путь на эту трибуну был длиной почти 40 лет. От человека к человеку, от голоса к голосу. Много раз я была потрясена и испугана человеком, испытывала восторг и отвращение, хотела забыть то, что я услышала, вернуться в то время, когда была еще в неведении, или плакать от радости, что я увидела человека прекрасного».

РЕКЛАМА

«Я была в стране, где нас с детства учили умирать, учили любить человека с ружьем. В другой стране я бы не смогла пройти этот путь. Мы выросли среди палачей и жертв».

«Я написала пять книг, но мне кажется, что это одна книга – книга об истории одной утопии».

«Выросло новое поколение, у которого другая картина мира, но немало молодых людей, которые опять читают Маркса и Ленина. В русских городах открывают снова музеи Сталина, ставят ему памятники. Красной империи нет, а красный человек остался, продолжается».

«Мой отец, который умер недавно, был убежденным коммунистом, хранил свой партийный билет. Я никогда не могу произнести слово «совок». Тогда мне пришлось бы так назвать своего отца, родных, знакомых, друзей. Они все оттуда, из социализма. Среди них много идеалистов, романтиков. Сегодня их называют по-другому. «Романтики рабства, рабы утопии». Я думаю, что все они могли бы прожить другую жизнь, но прожили советскую. Почему? Я долго искала ответ на этот вопрос».

«Я собирала историю домашнего, внутреннего социализма, то, как он жил в человеческой душе. Меня привлекало это маленькое пространство».

«Меня всегда смущало, что правда не вмещается в один ум, одно сердце. Она какая-то раздробленная. Ее много, она разная и рассыпана в мире. Я собираю повседневность чувств, мыслей, слов. Собираю жизнь своего времени».

«Меня интересует история души, быт души. То, что обычно большая история пропускает».

«Не раз слышала, что это не литература – это документ. А что такое литература? Мы живем быстрее, чем раньше. Содержание рвет форму, все выходит из берегов. И музыка, и живопись. И в документе слово вырывается за пределы документа. Нет границ между фактом и вымыслом. Одно перетекает в другое».

«Меня интересует маленький человек. Маленький большой человек. Так бы я сказала. Потому что страдание его увеличивает. Он сам в моих книгах рассказывает свою маленькую историю, а вместе со своей историей и большую».

«Раньше мир делился. Палачи и жертвы – это ГУЛАГ. Братья и сестры – это война. Сегодня мир делится на славянофилов, западников, на национал-предателей и патриотов. А еще на тех, кто может купить и кто не может купить. Последнее – самое жестокое испытание после социализма».

«Красный человек так и не смог войти в то царство свободы, о котором мы мечтали на кухне. Россию разделили без него, он остался ни с чем, униженный и обворованный, агрессивный и опасный».

«Русская жизнь должна быть злая, ничтожная. Тогда душа поднимается. Она осознает, что не принадлежит этому миру. Чем грязнее и кровавее, тем больше для нее простора. Русскому человеку нужна такая идея, чтобы мороз по коже».

«Коммунист не умер. Труп еще жив. Мы упустили свой шанс, который был у нас в 90-е годы. Сейчас опять время силы. Время надежды сменило время страха. Время повернуло вспять. Время секонд хенд. Теперь я не уверена, что дописала историю красного человека».

«У меня три дома. Моя белорусская земля – родина моего отца, где я прожила всю жизнь. Украина – родина моей мамы, где я родилась. И великая русская культура, без которой я себя не представляю. Они мне все дороги. Но трудно в наше время говорить о любви». 

Читать также
Комментарии

Правила комментирования

comments powered by Disqus
Scroll Up