Автор: Наталья СЕМЕНОВИЧ

13:02, 3 декабря 2015

Общество

remove_red_eye 212

«Брать кредиты в банках – пожалуйста. А ребенка воспитывать ты не можешь»

Большую часть своей жизни инвалид с рождения Борис Фейгин посвятил тому, чтобы вернуть дочь, которую у него отобрали после смерти первой жены. Он добился почти всего: 13-летняя Аня живет с ним, ее опекуном стала вторая жена Бориса. Однако мужчина, заболевания которого входят в перечень заболеваний, при которых родители не могут выполнять свои обязанности, хочет вернуть себе дочь официально, «чтобы она не была государственным ребенком».

«Сам в интернатах пожил и знаю, что это такое»

Мама Бориса отказалась от него в роддоме. В расписке она написала, что «ребенок родился с большим неисправимым уродством» и это, по ее мнению, могло помешать вырастить второго ребенка хорошим человеком. Но она была «не против, чтобы это существо, похожее на человечка, вообще существовало и мучилось».

Сначала Борис жил в Городищенском доме-интернате для детей-инвалидов. Там было несладко: однажды за какую-то провинность, вспоминает он, его на два дня заперли в темной комнате. И никто в интернате не верил, что Борис когда-нибудь будет ходить.

РЕКЛАМА

– 10 лет я был прикован к кровати, потом стал ползать, затем одна медсестра согласилась учить меня ходить на костылях… – о пережитом Борис рассказывает спокойно. – Но я верил и знал, что обязательно буду ходить и что у меня будет семья.
После 18 лет Борис оказался в Леснянском доме-интернате для престарелых и инвалидов. Там познакомился  с Оксаной, она стала его женой, в 2002 году у них родилась дочь Анечка. Спустя месяц после родов Оксана умерла.

– Когда решался вопрос, что Анечку заберут, я не сопротивлялся. Да и кто бы мне ее оставил? Жена умерла, я – инвалид, живу в доме-интернате. Куда ребенка? – вспоминает Борис и подчеркивает, что родительских прав его никто не лишал. – А спустя несколько месяцев решил: верну дочь. Сам в интернатах пожил и знаю, что это такое. Помню, как к другим детям в интернат приезжали родители. Дети знали, что их никогда не заберут домой, но уже то, что к ним приезжали, было счастьем. А ко мне никто не приезжал, и я плакал…

Купить квартиру и найти здоровую жену

Чтобы вернуть Аню, Борису нужно было решить «всего» две задачи: приобрести собственное жилье и найти здоровую жену. Так ему сказали в райисполкоме.

– Я стал копить деньги. Со своей пенсии покупал только сигареты, а остальное переводил в доллары. Собирал в лесу ландыши и тазиками вез на рынок в Минск, – вспоминает он. – Предприниматели охотно покупали их у меня. Но стоило отвернуться – тут же выбрасывали. Брали, только чтобы помочь мне.

Борис гордится тем, что смог оборудовать свою квартиру современной бытовой техникой. Гостей он любит угощать латте из кофе-машины.  Фото: Александр КОРОБ.

Борис гордится тем, что смог оборудовать свою квартиру современной бытовой техникой. Гостей он любит угощать латте из кофе-машины. Фото: Александр КОРОБ.

За пять лет Борис накопил сумму, которой хватило на покупку двухкомнатной квартиры в деревне Лесная. Сделал с помощью друзей ремонт. А вскоре познакомился с Мариной и предложил ей попробовать жить вместе.

– Ей надо было жилье, мне надо было ребенка забрать. У каждого – своя выгода. На романтику просто не было времени. Я хотел вернуть Аню до того, как она пойдет в школу, – вспоминает Борис.

После регистрации брака Марина собрала документы, и супруги смогли забрать пятилетнюю Аню из детдома. Жена Бориса стала опекуном девочки.  

Аня любит рисовать, а Эммануил интересуется компьютерами. Фото: Александр КОРОБ.

Аня любит рисовать, а Эммануил интересуется компьютерами. Фото: Александр КОРОБ.

Про дочку сказали – государственный ребенок

В семье Бориса и Марины сейчас четверо детей. Почти три года назад у супругов родились мальчики-двойняшки Эммануил и Эльханан, а в этом году на свет появилась Амалия. На жизнь Борис зарабатывает ремонтом компьютеров, во многом помогают друзья. В квартире огромный телевизор, кондиционер, новая мебель –  Борис показывает все с гордостью. Мечты о собственном доме и большой семье исполнились. Сейчас Бориса беспокоит то, что Анечка вроде с ним, но в то же время не его.

– Однажды про дочку сказали – государственный ребенок. Она что – флаг государственный или учреждение государственное? Как человек может быть государственным?  – недоумевает Борис. – Она – моя дочь, она член нашей семьи! И я вполне могу ее всем обеспечить и воспитать.  

Борис Фейгин с женой Мариной и детьми Анной, Эммануилом, Амалией и Эльхананом. Фото: Александр КОРОБ.

РЕКЛАМА

Борис Фейгин с женой Мариной и детьми Анной, Эммануилом, Амалией и Эльхананом. Фото: Александр КОРОБ.

Желая «навести порядок в документах» и стать полноценным отцом по закону, он обратился в суд Барановичского района и г. Барановичи с иском о возвращении ему ребенка. Во время заседания органы опеки предоставили справки о состоянии здоровья Бориса: документ об инвалидности по ДЦП и заключение психоневрологического диспансера. Заболевания мужчины входят в перечень заболеваний, при которых родители не могут выполнять свои обязанности.

На прошлой неделе в областном психоневрологическом диспансере Борис прошел тест Векслера – тест для измерения уровня интеллектуального развития. Из 100 баллов он набрал 96.

– Я на суде впервые услышал, что у меня есть какой-то диагноз и мне нужно проходить тест, чтобы выяснить – умственно отсталый я или нет. Как можно понять что-то по тесту? На 96 вопросов из 100 ответил – и ты умственно отсталый? Ведь не 20, не 50, а 96. Да и откуда я, проживший всю жизнь в доме-интернате, могу знать ответы на все эти вопросы? – возмущается Борис.

– Я одного не могу понять. По заключению врачей я дееспособен. То есть, как мне объяснили, квартиру менять, продавать, брать кредиты в банках – пожалуйста. А вот ребенка воспитывать – нет. Как так?! – недоумевает Борис и признается, что таким беспомощным не чувствовал себя с детства.

Окончательное решение по иску Бориса суд еще не вынес. Каким оно будет? Мужчина боится загадывать, но надежды он не теряет. Сил ему придает история его друзей инвалидов Анны и Анатолия Бахур из Ивацевичей, у которых хотели отобрать новорожденного сына. Благодаря вмешательству министра труда и соцзащиты Марианны Щеткиной, которая заявила, что в решении подобных вопросов нужно подходить индивидуально, а не формально, ребенка супругам Бахур оставили.

– Может, и у меня все получится. Ведь я же нормальный. Я все сам сделаю для своих детей, выращу их и воспитаю,  – говорит Борис, а затем с улыбкой подхватывает на руки Амалию. – Пусть только мне не мешают.

«Мне не верили, что папа заберет меня»

Фото: Александр КОРОБ.

Фото: Александр КОРОБ.

13-летняя Аня считает, что ее папа – лучше всех, и она гордится им:

– Я помню, как папа навещал меня в интернате, привозил игрушки, что-нибудь вкусненькое. Он говорил, что заберет меня. Когда я говорила об этом другим детям, они мне не верили. Наоборот, говорили, чтобы я не радовалась, что никто меня не заберет. А я верила и ждала. Папа сдержал слово. Он вообще такой: если что-то пообещает, сделает. Сейчас он хочет, чтобы я стала его по закону. Суд был. Я сказала, что хочу жить с папой и мамой, со своими братиками и сестричкой. Марину я называю мамой. Ну, а как по-другому, она же меня воспитывает. Теперь мне есть кого любить и есть кому меня любить.

Борис с Эммануилом. Детей мужчина называет своим богатством. Фото: Александр КОРОБ.

Борис с Эммануилом. Детей мужчина называет своим богатством. Фото: Александр КОРОБ.

Борис с дочерью Амалией. Фото: Александр КОРОБ

Борис с дочерью Амалией. Фото: Александр КОРОБ

Читать также
Комментарии

Правила комментирования

comments powered by Disqus
Scroll Up