Автор: Юля ХАРКЕВИЧ

12:03, 1 мая 2014

Общество

remove_red_eye 1332

Барановичский ассенизатор: «Это грязный бизнес, но в хорошем смысле»

Ассенизатор Максим – молодой предприниматель, который зарабатывает деньги, очищая местную канализацию. Он знает, почему мы живем по уши в грязи, и считает, что дерьмо – это вовсе не то, что он ежедневно выкачивает из канализационных колодцев.

С ассенизатором Максимом Новиком мы встречаемся в 9 часов утра. У меня в это время рабочий день только начинается, а он уже успел почистить две выгребные ямы и дважды слить в коллектор их содержимое. На стареньком «Газоне» с огромной бочкой 23-летний Макс каждый день занимается «своим бизнесом» – избавляет людей от продуктов их жизнедеятельности.

Роба Максима пахнет исключительно порошком, в салоне грузовика вообще никаких запахов. Работает парень в перчатках. Стереотип о том, что ассенизатор – суровый мужик с руками по локоть в грязи быстро рассеивается.
Судя по энтузиазму, с которым Макс рассказывает о причудливых разновидностях местной канализации, своей работы парень не стесняется.

– Люди ждут меня с нетерпением, а когда я дело свое сделаю – радостно благодарят, – говорит Максим. – Да, это грязный бизнес, но в хорошем смысле. Я просто знаю, что на выходе все имеет одинаковый запах и цвет.

РЕКЛАМА

Свой бизнес по очистке канализации Максим Новик начал в 18 лет и ни разу не пожалел о выбранной нише.

Свой бизнес по очистке канализации Максим Новик начал в 18 лет и ни разу не пожалел о выбранной нише.

                     * * *
Идея начать бизнес именно такого рода Максу пришла спонтанно:

– У моих родителей дома местная канализация, постоянно машину нанимали, чтобы выкачать нечистоты. Государственной машины на всех не хватало, надо было долго ждать. В какой-то момент мне и пришла идея самому заняться этим делом. Купил у брата грузовик и вот уже четыре года мотаюсь по городу.

Подъехав к дому клиента, Максим раскручивает шланг и опускает его внутрь выгребной ямы. Включает насос и минут за семь-десять содержимое колодца оказывается в бочке машины. Если стоять в двух шагах от ямы, то запаха почти не чувствуется. А Макс, который все же вынужден, поддерживая шланг, склоняться над колодцем, говорит, что отвращения не испытывает.

– Во всех профессиях есть нюансы, в моей – это запах. Но я уже привык. Хотя, к примеру, за своей кошкой туалет прибрать не могу – выворачивает наизнанку. Приходится или жену просить, или дыхание задерживать на несколько минут, – признается Максим.

                     * * *
Максима не беспокоит, что с развитием цивилизации, то есть системы централизованной канализации, работы у него поубавится.

– Чтобы всех обеспечить нормальной канализацией, полгорода перекопать надо. А я что-то не вижу, чтобы у нас усердно рыли и трубы прокладывали. Клиентов, во всяком случае, меньше не становится, – говорит Макс.
Жильцы отдаленных кварталов, которые вызывают Максима, тоже особых иллюзий насчет обустройства цивилизованной канализации в своих районах не питают:

– По документам у нас уже 15 лет канализация лежит. Выделили, наверное, в 90-х деньги, а кто-то их в карман положил. В «Водоканале» от нас и сейчас отмахиваются, – рассказывает один из клиентов Максима.
Максим при этом деликатно молчит. К «Водоканалу» у него особое отношение, что-то вроде благодарности. Говорит, что, когда только пришел в свой бизнес и приехал к «водоканальщикам» заключать договор на слив отходов в городской коллектор, к нему «отнеслись по-человечески», несмотря на то, что Максим формально стал их конкурентом.

– Я тогда малой совсем был, только 18 исполнилось. Но в «Водоканале» ко мне с уважением отнеслись, объяснили, что и как, – говорит парень. – Я просто знаю, с чем сравнивать: когда-то я хотел в районе шиномонтаж открыть. Приехал в райисполком на консультацию, и началось: «Да кто ты такой, да что ты вообще понимаешь, юнец?» А я, между прочим, с 13 лет помогал на шиномонтаже, все о колесах знаю. Но у нас в большинстве случаев привыкли и встречать, и судить, и провожать по одежке.

                     * * *
Четыре года назад Максим был одним из первых, кто стал в частном порядке оказывать населению услуги по очистке канализации. Со временем конкуренции прибавилось: сейчас в городе порядка шести ассенизаторов-«частников».
С большинством своих конкурентов у Максима приятельские отношения, хотя не обходится и без разборок на почве заработка.

– Есть среди нас люди, которые днем работают на основной работе, а вечером выезжают на халтуру чистить канализацию. Вот они-то сбивают остальным цены – берут в полтора-два раза меньше, чем в среднем по городу наши услуги стоят. Нам, чей заработок зависит исключительно от заказов, такой расклад кажется несправедливым. Тем более что мы в любом случае берем дешевле, чем госслужбы, – рассказывает Максим.

Бизнес-кредо «не обманешь – не заработаешь» Макс понимает, но, по его словам, не принимает.
– Надо оставаться человеком в любой ситуации. А у нас люди в большинстве своем только о себе заботятся, – размышляет Максим. – Вот, говорят, понаехало к нам людей из Азии, чужой менталитет, чужие традиции. Но если этого чужестранца наши бить будут, то сразу сбежится толпа его соотечественников, чтобы защитить. А если меня будут бить, то я даже не знаю, вступится ли кто-нибудь. Не потому, что друзей нет. Просто как-то много стало дерьма вокруг. И все только о себе привыкли думать.

                     * * *
Когда мы едем к следующему колодцу, Максиму звонит клиентка, которая накануне пригласила его в деревню Утес очистить канализацию, и отменяет заказ. Говорит, что кто-то из местных уже почистил выгребную яму: за бутылку водки ведром вычерпал нечистоты. Пока меня мучает вопрос «как?», Максим предлагает задуматься над вопросом «куда?».

– Ну вот куда этот алкоголик дел то, что вычерпал? Вариантов немного: либо за участок в поле вынес, либо в речку. Во народец! А потом удивляемся, отчего же мы в г* живем, – впервые за несколько часов беседы о премудростях профессии ассенизатора Максим говорит это слово.

РЕКЛАМА

Немного помолчав, парень развивает тему алкоголизма в обществе:

– Сколько езжу, не перестаю удивляться, какой у нас пьющий народ. Чем ближе к вечеру, тем больше бухих. Иногда приезжаю чистить ямы – а мужики никакие, все на хрупких женских плечах держится.

Отчего народ пьет, Максим не знает. Может, говорит, от нереализованности, хотя нереализованность очень легко перепутать с ленью.

– Я тоже не баптист – выпиваю, бывает, по праздникам. Но я знаю, почему не стану алкоголиком. У меня есть  жена, через несколько месяцев ребенок родится, бизнес свой. Если начну пить, потеряю все это. А если потеряю, то мне останется разве что ведром за бутылку водки фекалии вычерпывать.

                     * * *
Со временем Макс планирует расширять свой бизнес. Он уже купил вторую машину для откачки канализации и ждет, когда президент разрешит предпринимателям нанимать на работу не только родственников.

На еще более дальнюю перспективу Максим планирует внедрить технологию, благодаря которой людям вообще не потребуется вызывать ассенизаторов – подобные широко распространены в Европе. Правда, о нюансах парень пока умалчивает. На первом месте, говорит Макс, у него семья.

– Я своего ребенка буду учить так: уважай всех, несмотря на одежку. И того, кто в костюме ходит, и того, у кого руки в грязи. Потому что неизвестно, как жизнь может повернуться. Вот сегодня я бочку с фекалиями вожу, а кто-то при галстуке ходит и нос от меня воротит. А кто знает, завтра может быть совсем наоборот.

Поделиться:
Читать также
Комментарии

Правила комментирования

comments powered by Disqus
Scroll Up