Автор: Константин ЛИТВИН

16:06, 4 апреля 2013

Общество

remove_red_eye 109

Примите наше революционное боливарианское приветствие…

В Венесуэле нет правил дорожного движения и даже  гречки, а деньги легче всего добыть с помощью пистолета. Барановичские строители рассказали, какой они увидели эту страну.

Там все по-другому

Павел, провел 9 месяцев в Венесуэле:

– Когда выходишь из самолета в Каракасе, первое, что чувствуешь, – это жара и влажность. На лбу сразу выступает пот. Одежда была мокрой три месяца, пока я не привык к климату. Когда наши работники приезжали из тропиков зимой в Беларусь, где было минус 20, они не могли акклиматизироваться. Некоторые даже легли в больницу.

РЕКЛАМА

В Венесуэле все по-другому: горы, сорокаметровые деревья в джунглях и низкие, широкие – в городах. Земля напоминает нашу глину. В сухой сезон ее ничем не пробить, а в сезон дождей проваливаешься в грязь по колено. Все дороги – из бетона. Асфальт из-за жары просто расплавился бы. В магазинах трудно найти привычные продукты: вообще нет гречки, почти нет  хлеба и молока. А картошка, рис и помидоры отличаются по вкусу от наших.

Сергей, провел 3 месяца в Венесуэле:

– Днем на улице обычная температура 35 – 38 градусов. Венесуэльцы даже в такую жару надевают джинсы и майки, ходить с голым торсом считается неприличным. Когда однажды температура днем упала до 30 градусов, а ночью было 22, мы, наконец, отдохнули. А местные тогда надели куртки и вязаные шапки!
Общаться нужно очень осторожно

Владимир, провел 4 месяца в Венесуэле:

– Когда я первый раз пришел на стройку, где работали венесуэльцы, мне еще не объяснили, что общаться с ними нужно очень осторожно. Показал работнику, что стена неровная, объяснил, что нужно кладку переложить. А он начал зубами скрипеть: «Как этот иностранец может мне указывать?!».

Широкое строительство  Венесуэла начала недавно, рабочие там пока учатся. Если мне не нравилась чья-то работа, то человек, ответственный за подбор кадров, уводил рабочего за ворота стройплощадки и приводил другого. Зато  большой плюс их строителей в том, что они никогда не были пьяными на работе.

Сергей:

– Венесуэльцы планов на будущее не строят, радуются сегодняшнему дню. Эти люди очень открытые и отзывчивые, но и очень горячие. Эмоций они не скрывают. С венесуэльцем можно спокойно общаться, но всегда надо помнить, что он может взорваться от любого твоего слова. Местные говорили, что у них в году 125 праздников, и они все их шумно отмечают. Среди этих людей очень трудно было отдохнуть. Рядом с нашей стройплощадкой стоял новый дом, в котором люди уже поселились, и с вечера пятницы до утра понедельника музыку там не выключали, от нее даже стекла дрожали.

Павел:

– Венесуэльцы днем работают, а вечером весело отдыхают. Когда темнеет, они ставят машины вдоль улицы и открывают багажники. А в них – мощные колонки. Считается крутым тот, у кого   аудиосистема мощнее. Под эту музыку всю ночь танцуют румбу и сальсу, причем и молодежь, и пожилые люди.

Закончились деньги, самое простое – достать пистолет

Сергей:

– Когда мы приехали, нас сразу предупредили, что в некоторые районы ходить не стоит. Ведь в Венесуэле очень много людей с оружием. Не знаю, разрешено ли оно официально, но люди с оружием повсюду: кто с пистолетом, кто с кастетом. К нам на территорию тоже приходили, предлагали купить пистолеты за 50 долларов.

Территория, где мы жили, охранялась, но в город мы выходили без охраны. Страха особого не было, хотя отобрать деньги на улице могут запросто. К нашим парням как-то подъехали на мотоцикле, наставили пистолет и достали все из карманов. Там это в порядке вещей. Грабители  с улыбкой у тебя из карманов деньги забирают и подбадривают: «Ничего, амиго!». Если увидят, что деньги последние – положат назад. Местные сами говорят, что, если закончились деньги, самое простое – выйти с пистолетом на улицу.

Владимир:

– Когда я улетал, меня целый час продержали в аэропорту охранники: проверяли все вещи, требовали показать где наркотики. Венесуэльцы почему-то решили, что я их везу.

Огорожены забором с колючей проволокой

РЕКЛАМА

Павел:

– Я работал в Маракае. Благополучные кварталы там сразу видны. Они обнесены забором с колючей проволокой. В этих кварталах есть решетки на всех окнах с первого по последний этаж и перед дверями в квартиру. Бедных районов в городе много. Домики в трущобах сделаны из всего, что нашлось под рукой: из кирпича, который украли на стройке, из глины, фанеры.

В городе меня пугали не столько бандиты, сколько экзотическая живность: бывало, идешь по улице, и вдруг рядом падает игуана с дерева и тут же убегает в канализацию. А иногда змея выползает из кустов.

Владимир:

– На рынках там стоит гул, потому что люди не разговаривают, а кричат. Мы как-то пошли за мясом в городке Сан-Хуан-де-лос-Моррос: жара, продавцы отгоняют мух от мяса. Везде бегают собаки… Правил дорожного движения там просто нет. Хотя, возможно, есть, но люди их не соблюдают. При этом аварий практически не бывает: водители выехали на перекресток, махнули друг другу и как-то разъехались. Но даже со всем своим опытом за руль в Венесуэле я бы не сел.
На дорогах там очень много мотоциклов. И едут на них четверо, пятеро. Я не раз видел, как на мотоцикле ехала семья: за рулем муж, сзади – жена, а между ними дети. Видел, как везли ребенка: он еще и головку не держит хорошо, а уже на мотоцикле. В такие моменты хотелось глаза закрыть. Не понимаю, как так можно.

Сергей:

– В венесуэльских семьях по четверо-пятеро детей, которых не особенно берегут. Как-то, помню, видел домик в горах у самого края обрыва. Спрашиваю: «Как же здесь можно жить? А если ребенок упадет?» А мне отвечают: «Упадет – никто не пойдет искать, потому что можно и самому не вернуться. Проще нового «сделать».

Соляркой они моют машины

Владимир:

– Какие зарплаты в Венесуэле, сказать сложно из-за разницы в курсах. По официальному курсу доллар три месяца назад стоил четыре боливара. Но купить его в обменных пунктах  практически невозможно. На черном рынке доллар стоил в пять раз дороже. Уже после того, как я уехал, курс боливара стал намного ниже.

Павел:

– На стройке зарплата для венесуэльцев начиналась от 850 боливаров в неделю, средняя была около 1200 боливаров. Было несколько фирм, где работали профессионалы. Там работник получал в неделю около 2,5 тысячи боливаров. Год назад боливар меняли на черном рынке по курсу 8 – 9 за доллар.

Зарплата в разных регионах и на разных предприятиях очень сильно отличается. Много безработных.

Сергей:

– Коммунальные услуги в Венесуэле оплачивает государство, поэтому там никто не экономит. Это у нас, когда встает солнце – выключают свет, а там он как горел, так и останется гореть, вода из крана как текла, так и будет течь. Бензин почти бесплатный. На доллар можно было купить то ли пятьдесят, то ли семьдесят литров. Соляркой в этой стране моют машины. Обычно венесуэльцы покупают «Шевроле» с четырехлитровым двигателем. Но большинство людей ездит не на машинах, а на мотоциклах.

Там дешевые фрукты. Рыба и морепродукты немного дешевле, чем у нас. Мясо – чуть дороже.

В Венеуэле я купил дочке сарафан, отдал 50 боливаров. Тогда это было около 50 тысяч на наши деньги. Через 2–3 недели увидел на рынке в Барановичах почти такой же за 180 тысяч.

О болезни Чавеса никто не говорил вслух

Владимир:

– В Венесуэле теперь полным ходом строят социализм. «Примите наше революционное боливарианское социалистическое приветствие…», – такой фразой они начинают каждое деловое письмо. У них планерка не начинается словами «Рассмотрим сегодня такие-то вопросы» – они сначала будут пятнадцать минут говорить о революции.

Чавес свою политику строил на помощи бедным. У него была огромная популярность. Но в конце он и сам понял, что главное – создавать рабочие места.

О болезни Чавеса никто не говорил вслух. Ведь он сказал, что победил рак. Если бы кто-то сказал, что Чавес умрет, на этого человека посмотрели бы как на предателя.

Портреты Чавеса в Венесуэле повсюду. Стены изрисованы граффити с его изображением. Много плакатов. Каприлеса тоже иногда рисуют, но его портреты повсюду зачеркивают, или дорисовывают свиное рыло. Ведь Чавес называл его капиталистической свиньей. Каприлес – крупный бизнесмен, губернатор штата Миранда. Если он придет к власти, политика точно поменяется.

Думаю, на ближайших выборах Каприлес победит. Ведь Чавес был для венесуэльцев почти богом, и при этом на прошлых выборах за оппозиционера Каприлеса проголосовали больше 40% населения. А той харизмы, которая была у Чавеса, у его преемника Модуро нет.

Сергей:

– Чавеса в Венесуэле любят. Ведь у людей появились деньги, когда он стал президентом и забрал нефть из рук американцев. До этого там всюду была нищета. Все, с кем мне доводилось разговаривать, отзывались о нем хорошо.
Думаю, лучшим для Венесуэлы было бы то, чтобы следующим президентом стал последователь Чавеса. Но, боюсь, могут вмешаться другие страны. Венесуэла – это лакомый кусок для всех. Ехать туда сейчас я бы не рискнул.

На этих улицах можно легко расстаться с кошельком

На этих улицах можно легко расстаться с кошельком

Справка «IP»

Население Боливарианской республики Венесуэла  – около 30 миллионов человек.
Площадь страны в 4,4 раза больше территории Беларуси.

Венесуэла богата нефтью, залежей которой всему миру может хватить на несколько десятков лет, а также запасами угля, железной руды, бокситов и золота.

Читать также
Комментарии

Правила комментирования

comments powered by Disqus
Scroll Up