Новости / Общество

Карма быть эмигрантом

27.07.2012, 11:13 / remove_red_eye 135 / chat_bubble

В поисках «европейской мечты», семь лет назад Эдгар покинул Барановичи. Сначала он пожил в Литве, а пять лет назад обосновался в Лондоне, где сейчас занимается графическим дизайном. О своем выборе молодой человек не жалеет, хотя частенько вспоминает о  городе, в котором вырос, хранит афиши камеральных барановичских концертов, ностальгирует по местному фастфуду и мечтает купить архив телепрограммы «Примите поздравления».

«Белая ворона»

Как бы рьяно со мной ни вступили в спор сторонники утверждения «где родился, там и пригодился» или «сдал Беларусь без боя, оставив ее», я с самого раннего возраста ощущал, что не подхожу под стандарты этой страны.

Шутка ли, но абсолютно не скрываю, что в школьные годы я был, так сказать, «аутсайдером». В школе, например, едва ли набиралось пару человек, которые  хотели иметь со мной дело. После того, как однажды в центре города я спел пару строк из песни группы «Гражданская оборона», меня забрали в милицию за нарушение общественного правопорядка. Ни в коем случае мой поступок не был проявлением юношеского максимализма, привлечь внимание для меня тоже не было конечной целью.

РЕКЛАМА

Просто, находясь в нежном подростковом возрасте, хочется как-то себя развлечь, чинно сидеть на бульваре, знакомясь с девушками – дело, конечно, хорошее, но не всем по характеру.  На следующий день в школе мне пришлось стоять перед доброй сотней людей под журчание учительницы, которая в стиле старых добрых традиций советской воспитательной работы призывала народ обходить меня стороной, стараясь при этом еще и наставить меня на «путь истинный».

А поскольку нянчиться со мной ни у кого не было желания, все просто решили оставить меня в покое. Подобный «игнор» для подростков, как правило, воспринимается как трагедия.

Что же касается внеклассной жизни, то она была хоть и веселее школьной, но постепенно все веселье начало сводиться к вопросу «куда пойти посидеть?» Выбор в то время был небогат  – площадь Ленина, магазин «Сластена» либо торговый дом «Радуга». В конце концов, места стало катастрофически мало, хотелось иметь возможность развиваться, показывать свои лучшие стороны, дышать полной грудью.

Конечно, уехать из Беларуси мне было гораздо легче, чем, например, людям, которые уже имеют семью, детей, обязательства. Во-первых, в Беларуси терять мне было категорически нечего, во-вторых,  в Литве у меня имелась бабушка, да и языком я владел, а в-третьих,  юношеские бесшабашность и нерациональность бодрили кровь и требовали приключений. Поэтому уезжал я без сожалений, оставлять Барановичи мне было ничуть не жаль. Правда, на тот момент мой возраст не позволял воспринимать европейскую страну как  серьезную перемену социальных стандартов, для меня она была местом с множеством красиво одетых людей, доступностью развлечений, возможностью развиваться и продвигаться, не наталкиваясь при этом на стену непонимания и публичные порицания.

О первых шагах

Первым местом моего пребывания стал город Вильнюс, который, будучи еще жителем Барановичей, я посещал довольно часто – гораздо чаще, чем тот же Минск. После 10 класса мне выпала уникальная по тем временам возможность сделать двойное гражданство и стать резидентом одновременно двух стран.

После окончания 11 класса в специальной для эмигрантов литовской школе передо мной  встал вопрос о получении высшего образования. Литовские вузы привлекательными мне не казались, перед глазами были живые примеры людей, отучившихся в Академии искусств и благополучно работающих за кассой в супермаркетах. Поэтому решено было ехать дальше, а точнее в Англию – страну, которая признавала литовский аттестат и языком которой я неплохо владел.

Как известно, английская система образования, пожалуй, одна из самых недоступных и, в первую очередь, из-за финансовой стороны. Поэтому мне пришлось довольствоваться довольно-таки «средненьким» вузом, с приемлемыми демократичными ценами за обучение. За год обучения предстояло платить порядка 5,5 тысяч долларов.

Пришлось оформлять студенческий кредит. Выплаты по нему сегодня уже начали высчитывать вместе с налогами из моей зарплаты, правда, делают это англичане очень лояльно, издержки почти не ощущаются. Кстати, со стоимостью за обучение мне еще повезло. Сейчас цены на образование выросли в несколько раз – студенты того же вуза платят уже по 15 тысяч в год, теперь английское образование стало доступным только самым богатым или очень амбициозным молодым людям.

О первых трудностях

Самое распространенное убеждение – ты переезжаешь в другую страну, и мир волшебным образом меняется, причем исключительно в лучшую сторону. Это не совсем правда. Спросите об этом у любого человека, приехавшего за бугор без тонны денег – все ответят, что первый год в чужой стране был ужасно тяжелым.

Первый шок на Туманном Альбионе я испытал, когда  увидел свое новое место жительства – комнату в студенческом общежитии. Мне хотелось расплакаться, позвонить маме и попросить ее забрать меня отсюда. И это при условии, что около года я жил на «своих харчах» в общежитии в Вильнюсе, в не лучших бытовых условиях.

Второе – я катастрофически не понимал, как передвигаться по Лондону. Глядя на ветвистую сеть лондонского метро и держа в руках непонятную пластиковую карту, именуемую электронным проездным, я пребывал в полной уверенности, что никогда не пойму хитросплетений лондонской подземки.

Стоит ли упоминать и о хронической нехватке денег? Помню, на дворе разгулялся нешуточный кризис и найти работу даже посудомойкой в ресторане было феерическим счастьем. Но мне тогда не везло, доверить самую ничтожную работу никто мне не спешил,   рассчитывать приходилось лишь на помощь от родителей.

Как бы там ни было, сейчас, проведя в Лондоне пять лет, смело могу сказать –  это того стоило. Прозвучит банально, но все эти трудности невероятно закаляют, делают сильнее, помогают учиться жить, формировать мнение и расставлять приоритеты.

Не думаю, что в Барановичах к 24 годам я имел бы такое образование, зарабатывал столько, сколько зарабатываю на сегодняшний день. Едва ли бы у меня была возможность путешествовать по миру и помогать родителям, вряд ли бы я получил столько опыта в своей профессии в Беларуси. Увы, за все эти блага я могу сказать «спасибо» только английской реальности.

О ностальгии

РЕКЛАМА

Поминать ностальгию – это национальная особенность большинства постсоветских эмигрантов, причем придумывать себе образы, которые им будут сниться на чужбине, некоторые из них начинают еще сидя на чемоданах в родной стране. Скорее всего, «ностальгией» болеют эмигранты в основном пожилого возраста, а молодежь «лечится» от ностальгии посещениями Родины.
Мои теплые отношения к Барановичам вряд ли можно назвать тоской по Родине, просто есть яркие моменты, воспоминания о которых я бережно храню. Так, например, я часто вспоминаю Диму, городского сумасшедшего, проповедовавшего странные истины, которые никто так и не успел понять. Целая эпоха ушла вместе с этим человеком.

Или передача «Примите поздравления». Я не удивлюсь, если сейчас она транслируется и все в ней осталось по-прежнему – та же женщина с приличной прической, пластиковый букет по ее левую руку, сочного цвета драпировки и соответствующий репертуар.

Я не встречал другого канала, другой телеведущей, которая бы так профессионально имитировала теплоту и любовь, читая поздравительные стихи чужим родственникам. Это настоящий «артхауз», ошибочно воспринимаемый людьми как элемент провинциальности, ведь сколько теплоты и наивности в этом местном канале! Я готов заплатить деньги и выкупить архив этой передачи, жаль только, что телеканал до сих пор сторонится технического прогресса.

Отлично помню культовую «Кулинарию» на углу бульвара Штоккерау с ее пирожками с капустой и молочным коктейлем. А первым местом, в которое я приду, когда приеду в Барановичи, будет бутербродная «Лодочка», где делают самый вкусный в мире фастфуд. Частенько вспоминаю и клуб «Нью саунд лэнд». Не знаю, как обстоят дела с развлечениями для молодежи сейчас, но в мои времена этот клуб в подвале был единственным местом, где подросткам можно было потолкаться под качественную европейскую музыку. У меня до сих пор хранятся плакаты и афиши, анонсирующие мероприятия в этом клубе.

О белорусской нации

Являясь «недобелорусом» и «недолитовцем» и сидя в Англии, кто я такой, чтобы рассуждать о недостатках белорусской нации? И тем не менее, некоторые нюансы резко выделяют белорусов. Простой пример: предложи кто-нибудь изменить написание литовского слова – и в стране, образно говоря, вспыхнет революция, люди выйдут на улицу с транспарантами, начнется активное бурление национального самосознания. Белорусы же… Что сделали с белорусским языком, историей? Я бы сказал, что белорусы просто не умеют постоять за себя. А в остальном это открытые и в своем большинстве бесхитростно доброжелательные люди.

Чего не скажешь о тех же англичанах. Распространенное убеждение о том, что европейцы не пускают в душу, увы, является правдой на все сто. Попробуйте спросить у англичанина, как у него дела. Я очень сильно удивлюсь, если вы услышите в ответ что-то более развернутое, чем дежурное английское «окей». В пабе, где англичане пропустят с вами по парочке бокалов пива, есть возможность на несколько мгновений раствориться в доброжелательности этой нации, но, проверенный сотни раз факт, на этом все и ограничится.

И дело не в том, что они «лицемерные сволочи», которые в вашем присутствии будут клясться в верности, а на следующий день даже не вспомнят вашего имени. Они отличные ребята, просто у них другой менталитет. Вряд ли для кого-то станет новостью, что ни они нас, ни мы их никогда до конца не поймем. За пять лет моего пребывания в Англии я так и не смог привыкнуть к дистанции в отношениях, которую англичане, похоже, впитали с молоком матери.

Тем не менее, возвращаться в ту страну, которую представляет из себя современная Беларусь, я не хочу. Да, я порою ощущаю себя здесь чужим, но самое страшное, что и на Родине у меня те же чувства. И в этом, наверное, заключается карма любого эмигранта.

Поделиться:
Читать также
Комментарии

Правила комментирования

comments powered by Disqus
Scroll Up