Новости / Общество

Вечная тишина, где никогда нет покоя

24.05.2012, 15:24 / remove_red_eye 247 / chat_bubble

«Весной и летом в горах царит неописуемая красота, когда по тюльпанам ходишь как по траве; зимой – обрушиваются страшные метели, когда света белого не видно и даже лошади останавливаются, не желая идти дальше.  А мы шли, потому что знали:  нам доверено охранять огромное государство и только  от нас зависит, сможет ли враг нарушить его границы». Накануне Дня пограничника,  отмечаемого  28 мая, о службе на границе рассказал Сергей Хмарик, которого в далекие 90-е судьба на два года забросила на границу Туркменистана с Ираном.

«До последней минуты не знал, куда еду»

Сергей Хмарик был одним из тех солдат срочной службы, которые призывались в армию Советского Союза, а в запас увольнялись уже после развала СССР.  «Я с самого начала знал, что буду служить в пограничных войсках, но куда именно попаду, никто не говорил до последнего момента», – вспоминает Сергей. Новобранцев посадили в поезд Брест-Москва, место службы было строго засекречено, чтобы у призывников не возникло страха. И только в Москве, где  состоялась пересадка в поезд  до Ашхабада, они поняли, что едут в Туркменистан и будут служить на горной границе с Ираном.

«У меня не возникло какого-то чувства несправедливости или негодования, что меня посылают почти за пять тысяч километров от родных мест, хотя многие тогда оставались служить в Беларуси, – говорит Сергей Хмарик. – Меня переполняла гордость от того, что мне Родина оказала такую честь –  охранять ее далекие рубежи. Именно служба в погранвойсках тогда считалась самой почетной».

РЕКЛАМА

После приезда в Ашхабад  Сергей попал в Бахарденский пограничный отряд, находящийся в ведомстве Краснознаменного среднеазиатского пограничного округа.  Все  призывники прошли подготовку в учебном центре в поселке Бахарден, недалеко от Ашхабада. Преподавателями в учебном центре были офицеры, которые недавно вернулись из Афганистана.

«Это были на редкость спокойные, выдержанные люди, несмотря на все ужасы той войны, которую они прошли, – рассказывает Сергей. – Они часто повторяли, что их задача – научить нас выживать в любых ситуациях. И именно этому они нас и учили,  ведь никто тогда не знал, что будет завтра. Считалось, что в любой момент могла начаться новая война».

Несколько раз в неделю для новобранцев устраивали марш-броски на 45 или 72 километра, куда они шли в полной амуниции и в любую погоду. «Иногда мы уходили в 4 утра и возвращались только ближе к ночи, все тело ныло,  мы не чувствовали ног от усталости», – рассказывает Сергей.

Недалеко от  учебного центра было подземное озеро, происхождения которого никто не знал.  «Это озеро было конечным пунктом наших марш-бросков, – рассказывает Сергей. –  Но очень часто нам давали команду: «Сегодня туда не бежать, Алла Пугачева (или София Ротару)  приехала отдыхать». Там был шикарный санаторий, и звезды советского шоу-бизнеса, известные политики очень часто туда наведывались. 

Но однажды ему все же посчастливилось не только увидеть озеро, но и искупаться в нем, когда для одного из гостей пограничники устанавливали там телефонную связь. «И больше я туда никогда не заглядывал», – вспоминает Сергей Хмарик.

Пограничная застава – это  маленькая семья

Проведя три месяца в учебном центре, Сергей, благодаря отличной дикции, быстрой реакции и хорошей памяти, прошел отбор в роту связи. И дальше его служба проходила на пограничной заставе Сарим-Сакли, что в переводе с туркменского означает «чесночная поляна».
«За два года застава стала моим домом, а люди, с которыми я там жил,  моей семьей», – рассказывает Сергей. 

Пограничников отлично кормили, еды всегда было в достатке, а на день рождения жена командира каждому из них пекла большой торт. Сергей вспоминает, что на заставе никто никогда ни к кому не придирался и никакой «дедовщины» не было и в помине. «Мы, наоборот, старались друг друга поддерживать, помогать, даже когда в день рождения нам давали выходной, никто не отдыхал, совесть не позволяла, ведь каждый знал, что в это время другие  пашут на износ», – рассказывает Сергей.

Два раза в сутки пограничники ходили в дозоры. Зимой – верхом, а летом – пешком, поскольку  лошади не выдерживали 50-градусной жары и падали с ног. К лошадям на заставе относились с любовью, заботились,  привыкали и они к пограничникам. «Был случай, когда дембель зашел попрощаться со своей лошадью, а она толкнула его копытом и убила, – рассказывает Сергей. – Среди пограничников тогда говорили, что чувствовала предстоящую разлуку и не смогла простить парню предательства».

Было в тех краях и целое «дембельское ущелье», где перевернулся грузовик, в котором солдаты возвращались домой, все погибли. По словам Сергея Хмарика, стены в том ущелье исписаны пограничниками в память о погибших…

Однажды размеренную жизнь пограничной заставы нарушила новость о развале СССР. Пограничники узнали, что председатель КГБ СССР, в ведомстве которого была пограничная служба, стал одним из инициаторов гражданского переворота, арестован и находится в тюрьме. «И хоть мы были очень далеко от места основных событий, переворот в стране не остался для нас незамеченным: в связи с неспокойной обстановкой пограничники чаще ходили в дозоры, – вспоминает Сергей.

– А учитывая, что после развала СССР на заставе осталось служить всего 11 человек, хотя по штату положено 50, поскольку Беларусь в числе других стран постсоветского пространства не посылала больше туда своих солдат, спать иногда приходилось по пару часов в сутки».  

…Часто в составе  тревожных групп  пограничники мчались на «сработки» сигнализации, которые иногда оказывались ложными. «Прискакали как-то на один из участков, а там маленький барс по проводам прыгает, а у нас «сработки» одна за другой, – рассказывает Сергей. – Пока снимали, он все руки нам искусал».

Недалеко от заставы располагался Копетдагский заповедник, откуда и пришел этот барсенок.  А однажды взрослый барс напал на пограничника и чуть его не загрыз. К счастью, вовремя подоспели пограничники и застрелили хищника. «Руководство заповедника потом выставило нам счет за смерть животного в 27 тысяч рублей, это были на тот момент огромные деньги, – говорит Сергей. – Жизнь барса, занесенного в Красную книгу, была дороже жизни человека, который чуть не погиб».

В заповеднике часто охотились браконьеры, основной добычей которых были бараны-архары. Местные жители считали, что, если на свадебном столе не будет мяса этого животного, Аллах не благословит молодоженов на долгую счастливую жизнь. «Этот обычай туркмены соблюдали даже несмотря на огромные штрафы, которые – рассказывает Сергей Хмарик.

Волшебная красота, змеи и наркоторговля

С приходом весны в горах наступает неописуемая красота, в мае там начинают зацветать тюльпаны и все вокруг становится красным. «Ярко-красные цветы были повсюду, куда ни бросишь взгляд, – вспоминает Сергей. – При всем желании не топтать эту красотищу мы не могли и ходили по тюльпанам, как у нас в Беларуси люди ходят по траве».

РЕКЛАМА

Как только отцветали тюльпаны, распускались  горные маки. Это время местные наркоторговцы использовали для того, чтобы «под шумок» вырастить наркотический мак, которым засеивали целые плантации.  

«Среди пограничников создавались отдельные группы по выявлению наркоплантаций, мы находили их и сообщали руководству, – рассказывает пограничник. – Одну из таких групп охранники плантации, которые были «под кайфом», чуть не расстреляли из автоматов».
Рисковать жизнью приходилось очень часто, одни только дозоры по гористой местности чего стоили, не говоря уж о ядовитых змеях, скорпионах, которыми просто кишела вся местность.

Однажды друзья, которые знали об отвращении  Сергея к ползучим гадам, решили подшутить над ним. «Они поймали кобру, вырвали ей зубы, зашили рот и подложили мне под простынь, –  рассказывает Сергей. – Такого чувства омерзения я больше никогда не испытывал в своей жизни, как тогда, когда лег в кровать и вдруг почувствовал, как под спиной что-то ползет. Долго потом не мог избавиться от привычки проверять постель, прежде чем лечь спать».

Сергей Хмарик признался, что два года, проведенные на пограничной заставе, были наполнены самыми яркими впечатлениями в его жизни. Он говорит, что, если бы не развал Советского Союза, остался бы служить на границе дальше.  

«Такой величественной красоты, как там,  мне не приходилось больше никогда видеть, до сих пор иногда мне снится все это, – признается Сергей Хмарик. – А еще граница – это бесконечная тишина. И, несмотря на то, что в той тишине никогда не бывает покоя, ее мне сейчас иногда очень не хватает».

Поделиться:
Читать также
Комментарии

Правила комментирования

comments powered by Disqus
Scroll Up