Автор: Алесь ГИЗУН

15:25, 10 мая 2012

Общество

remove_red_eye 92

«Мы впитывали войну в себя»

Самые честные воспоминания о войне – детские. Глазами детей война – это дурное, бессмысленное и жуткое занятие взрослых. Своими воспоминаниями о войне с «IP» поделился барановичский пенсионер Дмитрий Борунов, чье детство прошло в Витебске.

В годы войны дети оказались самыми незащищенными. Мне трудно сказать, кому тогда было тяжелее – солдатам, которые с оружием в руках шли в бой на врага, или нам, безащитной ребятне, на голову которой падали бомбы, а рядом свистели пули…

Когда отец ушел на фронт, моя мать осталась одна с пятью детьми. Я был самый младший в семье. Через пару недель в Витебск вошли немцы. Гражданская оборона работала ни к черту, всем было плевать на людей. Нас никто не учил защищаться и никто не говорил покидать город.
Витебск бомбили почти каждый день.

По ночам немцы сбрасывали на парашютах специальные фонари, которые медленно опускались и освещали весь город. Под их светом оккупанты бомбили предприятия и дома. Я помню, как падали на бок храмы…

РЕКЛАМА

В одном из пожаров сгорела наша родная хата, и мы заняли опустевший еврейский дом. Помню, как немцы зашли к нам, повесили на стену портрет Гитлера и приказали не снимать. Но выражение лица на портрете было такое негативное, что мы с сестрами и братом совсем не могли спокойно спать, постоянно кричали по ночам. В конце концов мама на свой страх и риск решила сорвать портрет.

Заняв Витебск, фашисты сразу стали в буквальном смысле уничтожать мирное население. Молодых людей вылавливали на рынках и увозили в рабство Германию. Комсомольцев, подпольщиков и партизан, которые пытались как-то сопротивляться, вешали на рыночных площадях. Евреев сотнями вывозили за город, расстреливали, бросали в ямы и засыпали опилками и хлоркой. Мы, дети войны, видели все это своими глазами, впитывали войну в себя. И это было ужасно…

Не выдержав этих издевательств, многие стали уходить за город и строить землянки. Нашей маме кто-то тоже посоветовал брать детей и спасаться. В 40 км от Витебска, у дороги на Лепель, мы нашли пустую землянку. В ней наша семья и прожила  всю войну.
В землянку из дому мы взяли с собой только швейную машину да иконку из витебского Свято-Успенского кафедрального собора. Летом нас спасали грибы, ягоды, заячья капуста и своя грядка, где сестры садили тыквы, боб и фасоль. Приходилось есть диких голубей и убитых снарядами старых лошадей. Зимой мы ели мерзлую картошку, ходили по соседним деревням и просили кружку молока. Люди тогда были добрее, угощали и молоком, и хлебом.

На наших глазах фашисты спалили соседнюю деревню Озерки, а голодные волки   зимней ночью разорвали любимую собачонку Розу. Помню, как весной женщины сами тащили бороны и бросали в землю горстки ржи в надежде на будущий урожай.

От 30-градусных витебских морозов зимой нас спасали печка-буржуйка да нары с соломой. Настоящим бедствием было отсутствие мыла и горячей воды. Вскоре наши руки покрылись сыпью, а тело стали разъедать вши: приходилось регулярно вычесывать их гребешками и потом давить. Удивительно, но в таких жутких условиях никто из детей практически не болел, у нас даже не бывало насморка…

Мы поняли, что войне пришел конец, когда на нашей дороге Лепель–Витебск все чаще стали появляться танки с красными звездами и колонны пленных немцев. После победы мы еще полгода жили в землянке…  

Девчата собирались в соседней деревне, пели песни и частушки, парни играли на гитарах и балалайках. Подростки разбирали немецкие снаряды, доставали оттуда шелковые мешочки с порохом, а мои сестры шили себе из них платья.

Мужчины стали возвращаться с фронта еще весной 1944-го, но нашего отца не было долго. Он чудом отыскал нас в нашей землянке лишь в декабре 1945-го. К тому времени Витебск был разрушен на 90%, и судьба забросила нашу семью за 450 км – в Барановичи. Но я до сих пор не теряю надежды когда-нибудь вернуться в родной город…

Поделиться:
Читать также

Лукашенко пригласили в Париж

8 часов назад remove_red_eye 283
Комментарии

Правила комментирования

comments powered by Disqus
Scroll Up